Развод. Без права на прощение

Я работала до декрета и теперь тоже готова.

— Зачем тебе это?

— Ты повторяешься… — я постаралась вырваться, потому что перед глазами и стояла его переписка с любовницей, и меня конкретно так тошнило от близкого присутствия мужа.

— Нет, я не понимаю! — зарычал Герман. — Чего тебе не хватает?

— Всего… — тихо выдала я, открыв дверь и ударив ее краем Германа по ноге. — Разговор окончен, а теперь мы поедем с Мироном на обед. А ты поужинай где-нибудь. Готовить ещё и на тебя у меня нет времени.

— Кристина… — прорычал от такого недвусмысленного посыла Герман, но я села в авто и тронулась с места.

Настя сидела в своём блестящем седане и провожала меня взглядом.

Было плевать.

Сколько мне ещё надо доказательств, чтобы понять, что Герман предатель, изменник, настоящее чудовище, которое выбросило всю нашу жизнь на помойку.

Мирон от впечатлений был нервный и суетной. Он громил потихоньку дом и просил, чтобы завтра папа тоже взял его на работу. Я сглатывала вязкие слюни и не знала вообще как потом объяснять, что папа больше не придёт.

Когда я закончила черенковать растения для Лины, Мирон уснул среди подушек на подоконнике оранжереи. На сад спустились сумерки и только по напольным часам я поняла, что время близилось к глубокому вечеру.

Я отнесла Мирона в спальню и посмотрела в окно, как только уложила сына. Ворота открылись. Внедорожник Германа въехал на участок.

Я медленно вышла из детской и забрала распечатку переписки из своей спальни. Спустилась вниз.

Герман открыл дверь и налетел ногой на трактор. Подопнул его и выматерился. Заметил меня и зло спросил:

— Что, прибрать не могла? — Герман бросил свою сумку на пуф и сразу прошёл на кухню. — Ты всё-таки ничего не приготовила?

Муж стоял возле открытого холодильника и смотрел на меня с такой злостью, что не знай я про любовницу, точно бы усовестивилась.

— Кристин, ты чего добиваешься? Ты что устраиваешь? Думаешь, мне вот в такое хочется возвращаться? — Герман схватил с полки минералку. — Ты меня до ручки довести решила? Ты не убираешься. Не сидишь с сыном. Окей, но ты ещё толком не работаешь. У тебя нет времени ухаживать за мной. Я сплю как бродяга в гостевой спальни и носки вытаскиваю из чемодана. Крис, твою мать, какого хера?

Последнее Герман проорал, а у меня дрогнули губы. Все эти годы он ничего этого не замечал. Не видел, как я тащила на себе ребёнка, дом, быт. Он ни разу не сказал, что это для него много значило и вот сейчас, пропустив благодарность, он уже высказывал претензии.

Я шагнула вперёд.

Поджала губы и дрогнувшей рукой швырнула распечатки Герману в лицо.

— У любовницы своей спроси…

Глава 16

Герман прикрыл глаза и тяжело выдохнул. Медленно наклонился и поднял пару листов. Вчитался, нахмурил брови."

"— Это что? — дрогнул хрипловатый голос мужа.