Развод. Без права на прощение

Я листала бумаги и понимала, что ничего интересного или провокационного не найду, пока в руки не легла папка с документами, которые были соединены в такую формата а-четыре книгу.

Я открыла ее и забыла как дышать.

Пульс подскочил, а сердце сделало кульбит.

Во рту резко стало сухо.

Это была квартира. Квартира в новостройке в центре.

Я перехватила ещё одну похожую папку и увидела там такие же документы, но с другим адресом.

Герман что, в тайне от меня недвижимость покупал? А мне лапшу на уши вешал, что мы экономим?

Пальцы стали гореть, а нервы звенели просто.

Я листала все эти бумаги пока не дошла до главного.

Договор дарения.

Твою мать! Герман совсем чокнулся!

Глава 29

Договоры дарения были на мое имя, но только без подписей. И я вообще ни черта не понимала в этом. Чисто по наитию я все сфоткала и отправила Павлу.

Я не понимала зачем это Герман делал? Что он делал? Господи, что за другая жизнь у моего мужа?

Я собрала документы в стопочки и снова запихала их обратно в сейф. Уже закрывая дверцу, я увидела стоящую ребром папку у боковой стены. Пришлось снова засунуть свой нос. Контракт с одной крупной строительной фирмой.

Нет, нет, нет…

Герман же не хотел заниматься такими вещами. Он же больше про проектам загородных домов. Зачем ему проектирование высоток.

Я поняла с ужасом, что ни черта не знала своего супруга. И это был мой косяк. Я виновата была в том, что задвинула жизнь Германа в дальний угол. Я была виновата, что он контролировал все, включая весь бизнес и финансы, а я стала такой миленькой барышней в декрете.

Я прошляпила чёртову прорву событий в жизни мужа. И это походу была лишь верхушка айсберга.

Ближе к шести часам ворота разъехались и машина Германа въехала во двор. Я вышла через дверь террасы и спустилась по ступенькам к выскочившему ко мне Мирону. Сын подбежал, обняв меня за ноги,

— Мама! Ты видела! Папа мне дал порулить… — Мирон прыгал и дергал меня за подол платья, а я только улыбалась сыну и следила пристально за мужем, который припарковался поперёк гаражных ворот и вылез из машины.

— А мама где? — спросила я хмуро, запуская пальцы в волосы Мирошки.

— А ба сказала, что приедет к выходным, — тут же вместо отца ответил Мирон и снова дёрнул меня за подол платья. Я присела на корточки и обняла сына.

— Грядки, теплицы, три куба дров для бани… — развёл руками Герман, когда приблизился к нам на расстоянии вытянутой руки. — Ты голодная? Давай рыбу на углях сделаю?

Меня так перекосило, что Герман нахмурился. Что-то последние года он изъявлял желание что-то приготовить только по большим праздникам.