Академия водного пламени (СИ)

Иди… С ней все будет хорошо, теперь так уж точно…

Еще раз посмотрев на прикрытую дверь палаты, в которой находилась водница, направился к друзьям.

– Я дождусь твоего пробуждения, капелька, а потом тот, кто это совершил, будет молить о пощаде…

29. У меня есть младшая сестра

29. У меня есть младшая сестра

Тахир

Кто бы мог подумать, что в один прекрасный день я узнаю о существовании своей родной сестры, которая младше меня почти на пять лет. Сидя в палате и сжимая зубы от ноющей боли, ведь из меня мощным потоком вытягивали магию, чтобы очистить тело Кэрин от губительного заклинания Чахры, я пытался найти хоть какое-то оправдание отцу, но ни одного достойного на ум так и не пришло.

Чего ему не хватало? Мама, сколько я ее помню, всегда была с ним вежлива, добра, любила его до сумасшествия, выполняя любое желание. Никогда не лезла в глаза лишний раз и не устраивала скандалов, если отец поздно возвращался домой из гильдии. Она всегда была спокойной, миролюбивой, ее глаза искрились смехом и радостью…

«Мама… – горько прошептал я мысленно, даже не представляя, как она отнесется к новости о Кэрин, ведь я не собирался от нее ничего скрывать, – как же мне тебя жаль… Ты не заслужила такой вести… Не заслужила…»

Когда угроза жизни Кэрин отступила, мне позволили уйти.

Слабость валила с ног, ведь магии взяли у меня прилично, но даже несмотря на мое состояние я все равно собирался идти порталом домой, чтобы посмотреть отцу в глаза и услышать его версию. Да… Я хотел встретиться еще и с мамой Кэрин. Кенар часто называет меня дотошным, но что поделать, такой я есть.

Немного побыв с Кенаром и Нериной, которая суетилась возле меня, вызывая внутри волну счастья и нежности, я собрался с духом и открыл пространственную воронку в родном доме.

Теперь он почему-то казался мне каким-то запятнанным что ли. Запятнанным изменой одного из родителей…

– Господин… – возле меня тут же возникла служанка, склоняя голову.

– Милия, отец дома? – не хотел отслеживать его по родовой нити, магические силы и так были на исходе.

– У себя в кабинете, господин, – было мне ответом.

– А мама? – не нужно, чтобы она именно сейчас стала свидетелем нашего с отцом разговора.

– Госпожа Лерисса отдыхает, – служанка еще ниже склонила голову, как любил папа, но мне от этого всегда было немного не по себе.

Не нравилось, когда передо мной чуть ли не падали ниц. Тщеславием я никогда не страдал. В академии, конечно, всякое бывало, но это, как по мне, совершенно другое.

Не давая себе времени на отступление, я зашагал в нужном направлении. Знал, что папа не выносил, когда его отвлекали от дел, но на данный момент мне было плевать. Я негодовал, был переполнен переживаниями и обидой, а еще волновался, что в таком состоянии наш разговор ни к чему хорошему не приведет.