Бандеровский схрон

 – Как она вообще может быть? Кому это надо? Эти западные хохлы всю дорогу кому-то задницу лизали и шапку гнули. То австриякам, то полякам, то немцам.

– Ладно, не будем проводить политинформацию. Все и так понятно, – буркнул Кравец. – Размялись, товарищи бойцы, закончили утреннюю гимнастику? – Он обвел глазами подчиненных. – Переходим к водным процедурам и продолжаем путь. Собрать оружие, тела пусть лежат. Прибудем в Турово, направим сюда похоронную команду.

Они вернулись на участок.

– Чисто, – доложил Волков. – Соседи смотрят со злобой, но с вилами пока не бросаются. Не любят нас здесь, Алексей, – посетовал старший лейтенант. – Похоже, эти западенцы до последнего не верили, что советская власть вернется. А теперь вся Галиция в шоке. Думали, немцы все же справятся, не пустят нас сюда.

– Не тех хозяев они себе выбрали, – сказал Алексей. – Немцы их тоже прокатили с независимым украинским государством. Штука действительно нереальная, бред какой-то."

"– То ли еще будет. Мы ведь и дальше пойдем. Уже шагаем по Европе, скоро Берлин брать будем. Сами они виноваты. Разве мы кого-то трогали? Жили себе, социализм строили, расширяли братскую семью советских республик.

Капитан вспомнил слова, приписываемые великому Бисмарку: «Можно выманить русского медведя из берлоги, но невозможно загнать его обратно».

– Товарищ капитан, в сарае бабка сидит, – поставил его в известность Малашенко. – Злая, шипит, к себе не подпускает, слезы горькие льет. Что делать-то с ней? Она ведь явная вражина, не могла не знать, что у нее в доме бандеровцы. Баба, которую убили, то ли внучка ей, то ли дочка.

– Оставь ее, – отмахнулся Кравец. – Что с нее взять? С бабками не воюем. Все к машине, поехали, время не ждет! Малашенко, заводи колымагу!

– А чего колымагу-то? – обиделся сержант. – Нормальная машина. «Виллис», что ли, лучше? Так он только внешне солиднее, да сиденья в нем удобнее. А если по грязи да по кочкам надо!.. Нет, товарищ капитан, я нашего «козла» ни на какую заморскую хрень не променяю, обжигался уже.

«Газик» в последнем бою практически не пострадал. В него угодило несколько пуль, но с учетом того, что попадало раньше, хуже выглядеть он не стал. «Жизненно важные органы» машины задеты не были.

Через полчаса запыленный «ГАЗ-64» въехал в районный центр Турово, где помимо железнодорожной станции имелись тщательно охраняемые склады горюче-смазочных материалов и небольшая нефтебаза, что делало райцентр значимым объектом. Здесь стоял усиленный гарнизон, работала комендатура. На подъездах к Турово стояли посты, через которые машина проходила беспрепятственно. Городок был пыльным, унылым. Никуда не делись следы артобстрелов и бомбежки с воздуха.

Его забрали у немцев в начале августа.