Бизнес-план счастья

Ее прошлая жизнь, казавшаяся всем совершенной, идеальной мечтой, жизнь, в которой были любящий муж, двое детей, достаток и сопутствующий ему комфорт, заграничные вояжи и возможность в любой момент купить вот такое пальто — стильное, дорогое, бархатистое на ощупь, мягко ласкающее кожу шелком подкладки или шерстяной нежностью верха, теперь виделась несуществующей, далекой, как внеземная галактика.

Эта жизнь была полностью разрушена, погребена под обломками ворвавшейся в нее стихии, но Светлана ни о чем не жалела. Ну надо же, еще совсем недавно она была уверена, что муж не может ей изменять.

В этом крылось что-то неизмеримо пошлое, а Молчанский терпеть не мог пошлости. Его корчило от малейшего ее проявления.

Он не кичился своей верностью, она для него была чем-то естественным. В его насыщенной событиями жизни вполне хватало острых ощущений, которые дарили бизнес, схватка с конкурентами, реализация нового проекта, дайвинг, катание на горных лыжах, хорошая баня с друзьями или вкусный, по особому рецепту замаринованный шашлык."

"И Светланы ему вполне хватало. У них были свои, только им с юности известные ритуалы, маленькие тайны, от которых становилось очень хорошо, и горячая кровь растекалась по венам, и кожу как будто кололи тысячи иголочек, но не больно, а приятно-приятно.

Муж, как в песне «я знаю все твои трещинки», легко считывал любое ее желание, а она знала, как доставить ему удовольствие, и не было в их близости ничего чересчур яркого или безумного, не было роскошных взрывных фейерверков, расцвечивающих небо огненными всполохами, но был ровный гудящий огонь, как зимой в печной трубе, и тепла от него хватало на всю длинную морозную ночь.

Тем удивительнее была для Светланы внезапно свалившаяся на нее страсть. Она нагрянула оттуда, откуда ее никто не ждал. В виде совсем обычного, а главное — давно привычного человека, с которым они совершенно случайно остались наедине прошлым летом. Встретились на пляже, пошли купаться, в реке внезапно поцеловались, вышли из воды, держась за руки, занялись любовью, поспешно, бесстыдно, прямо на расстеленных на берегу полотенцах, нимало не смущаясь, что их могут увидеть.

За все предыдущие годы своей сорокашестилетней жизни, за все время замужества, перевалившего за серебряную свадьбу, никогда-никогда Светлана не испытывала ничего подобного.

В ее крови бушевал смерч, вихрь, торнадо, срывавшее кожу, оголявшее нервы. Ей хотелось длить и длить те мгновения, которые она снова и снова проводила со своим любовником, и совсем не хотелось возвращаться домой, к мужу, перед которым она чувствовала себя виноватой.

Перед прошлым Новым годом она почувствовала, что и с Павлом произошла какая-то непонятная перемена, и сначала испугалась, что он узнал о ее неверности.