Бродяга
Он оказался лишним. Ненужным. Инвалид — в прошлой жизни, и ничего не знающий о нынешней. Человек, единственным другом которого стал новый, экспериментальный искин, получивший матрицу развития личности. Живой, имеющий руки, и неживой, обладающий знаниями…
Сама река и пояс астероидов давно уже просеяны мелким ситом, и ничего ценного там нет. Так что, собрав с помощью копира малую перерабатывающую фабрику, я отправил восемь техников собрать ее в середине кладбища и подключил по временной схеме к химическому реактору.
— Управляющие искины, я так понимаю, ты с кораблей поснимал? — уточнил Артем.
— Конечно. Использовал взломщиков и, убедившись, что ничего интересного на них нет, просто форматировал. Потом заливал нужную программу и получал неплохих исполнителей. Во всяком случае, для управления фабрикой и техническими дроидами их более чем достаточно.
— То есть по возвращению мы получим не просто груду железа, а кучу слитков из ценных металлов? — задумчиво спросил парень.
— Именно.
— Хорошо. Но не стоит забывать, что за те металлы на нас могут снова начать охоту.
— Не начнут, — ответил Дока так, что парень невольно вздрогнул. Слишком знакомо прозвучали эти слова. — Мы не будем их продавать. Теперь, когда я смог увеличить свою мощность, нам нет необходимости чем-то вообще торговать.
— А если мне потребуется побывать на какой-то планете?
— Тема, я понимаю, что неживым деньги не нужны, но я помню, что они нужны тебе, — усмехнулся Дока.
— Дока, до меня только сейчас дошло, — вдруг перебил его Артем.
— Что?
— Ты, создал действующую модель государства неживых. Маленькую, можно сказать, только зародыш, но именно государство.
— Тема, я тебя не понимаю, — растерянно проговорил искин.
— Все просто. По твоей команде появилась матка. Перерабатывающая фабрика. Она штампует при помощи копира дроиды, которые в свою очередь, используют все доступное железо на создание себе подобных и отправляют их создавать удобное для функционирования всего этого конгломерата пространство.
— Угу, — растерянно кивнул Дока. — Тема, а это плохо? — помолчав, спросил он.
— Не знаю, приятель, — честно признался Артем. — Понимаешь, пока этот конгломерат не пытается подчинить себе живых и не влезает в их дела, это не хорошо и не плохо. Это просто есть. Как говорится, вещь в себе.

















