Бродяга

Из всего списка известных в обитаемых мирах рас ничего подобного и близко нет. Это первое. Второе.

Все строение их тел указывает на хищный образ жизни. Когти на всех конечностях, тяжелый длинный хвост, который тоже может быть использован как оружие, а главное, их метаболизм недалеко ушел от человеческого. Во всяком случае, гемоглобин у них есть.

— Откуда такой вывод?

— Кровь красная. А такой цвет дает именно гемоглобин. А это значит, что они теплокровные, кислорододышащие, плотоядные.

— Слишком глобальный вывод, не имеющий под собой достаточно данных.

— Да и хрен с ним, — фыркнул Артем. — Я не собираюсь про них лекции читать. Знаем, и ладно.

— Ты не собираешься сообщать об этом другим?

— А что сообщать? — повернулся парень к голограмме. — Скинуть им эту картинку с описанием боя и указанием места, где он произошел? Так это ты можешь прямо сейчас сделать. А мои выводы, это только выводы, сделанные на основе вот этого самого кадра. Может, он на службе у тараканов состоял? Какая-нибудь раса их рабов. А может, очередную планету захватили, где такие красавчики обитают.

— Ты не хочешь иметь дела с официальными структурами? — неожиданно спросил Дока.

— Не хочу. Ты сам говорил, что для любого СБ мы не более чем добыча. Хочешь, чтобы тебя стерли?

— Нет. Этого я не хочу.

— Тогда давай закроем тему. Мы идем искать данные об Ушедших. Этим и займемся.

— А потом? — вдруг спросил Дока.

— Еще не решил. Но кое-какие идеи есть, — загадочно усмехнулся парень.

— Только не говори, что собираешься посетить свою родную планету, — медленно проговорил искин.

— А ты против? — насторожился Артем.

— Откровенно говоря, да.

— Поясни.

— Ты сам говорил, что тебя там ничто не держало и ничего не тянет. Значит, лететь туда нам просто нет смысла. К тому же вы еще не развились достаточно для того, чтобы выходить в обитаемые миры. Морально не готовы.

— А кто сказал, что я собираюсь выводить их в миры? — удивился парень.

— Тогда зачем?

— Если б я сам знал, — растерянно усмехнулся Артем. — Просто хочется по земле босиком походить. Чаек послушать. На море посмотреть. У нас это называется ностальгией.

— Кажется, я начинаю понимать, — с облегчением усмехнулся Дока.

— Не понял.

— Это нормальное стремление живого, побывать на тверди. У тебя на это подсознательное желание наложились воспоминания о родной планете. Это нормально. Пройдет, как только ты некоторое время проведешь на любой планете.

— Смелое заявление. Ты с таким, похоже, уже сталкивался.

— Конечно. Именно поэтому всем пилотам дают перерыв между долгими перелетами. В противном случае у них развивается боязнь открытого пространства.