Сыночек в награду. Подари мне любовь

Или исчезну, как призрак. – Кого-то лучше, чем я…

Всматриваюсь в родное лицо, поглаживаю пальцами грубые щеки, царапаю ноготками щетину. Захлебываюсь накатившей нежностью.

Неужели у грозного, выбравшегося из берлоги, медведя Тимура и сломанной нерадивым хулиганом куклы Евы все может быть хорошо?

– Ты мой лучший мужчина, – выпаливаю искренне. – Второй, – добавляю резко, хлестким словом проложив несколько морщинок на хмуром лице Вулканова. – На первом месте у меня всегда будет Владик, уж прости, – игриво усмехаюсь и намеренно закусываю губу, с предвкушением поймав на ней жадный взгляд.

– Отличное соседство, – хриплый шепот ласкает почти физически. – Мне нравится.

Секунда – и плед соскальзывает с моих плеч, а я сама оказываюсь впечатана лопатками в жесткий диван. Тимур нависает надо мной, врезавшись кулаками в кожаную обивку, ласкает меня взглядом, а после – повторяет проложенный путь ладонью. И, ухмыльнувшись, впивается в мои губы. Неудержимо, хищно, ненасытно, словно я его кислород.

Что ж, Ева, не все в тебе потеряно. Женщина жива и расцветает рядом с мужчиной.

Уголки губ от наслаждения и эйфории тянутся вверх.

Все-таки соблазнила…

* * *На следующее утро

Непривычно просыпаться в кабинете, потягиваться на жестком диване, морщиться от скрипа кожи. Кутаться в плед, растерянным взглядом искать разбросанную одежду. Смятую, истерзанную. И улыбаться так широко, будто я сошла с ума.

Но воспоминания о минувшей ночи перекрывают всю неловкость. Неудивительно, что после дикого напора Тимура я все-таки отключилась. Прямо здесь, в его объятиях. Однако к утру замерзла без него. Куда он ушел?"

"Кое-как привожу себя в порядок, оборачиваюсь в плед и крадусь к закрытой двери. Толкнув ее, впускаю в помещение довольные голоса моих мужчин. И мысленно ругаю себя. Что я за мать? Проспала завтрак. Но… Впервые меня есть кому заменить рядом с Владиком. И, судя по звонкому смеху, сыночек только рад такой компании.

Подумав, даю им время пообщаться. Убираю ладонь с ручки, запрещая себе вмешиваться. Тимур справится без моего контроля. Пусть привыкают друг к другу.

Попятившись к столу, цепляюсь боковым зрением за распустившийся кактус. Среди колючек – одинокий цветок, светло-розовый, с фиолетовыми опалинами на краях. Нежный, как зарождающиеся чувства.

Падаю в огромное, под стать хозяину, кресло. Повернувшись, упираюсь коленками в шкафчики, и один из них, покосившись, угрожающе скрипит. Выдвигаю, чтобы поправить и заново закрыть.

Но цепляюсь взглядом за обручальное кольцо внутри.

Я помню, когда Тимур снял его. После нашего поцелуя. В этом самом кабинете. Несмелого, с горчинкой и соленого от моих слез. С него все началось. Или раньше? В автосалоне, когда Вулканов внезапно набросился на меня, как одичалый.