Сыночек в награду. Подари мне любовь

Совпадение? Или…

- И она умерла, когда тебе было три года?

Киваю, сдерживая горечь внутри. Я почти не знала маму, но мне хотелось верить, что она незримо рядом. Наблюдает за мной. Радуется моим успехам, плачет, когда мне плохо, поддерживает.

- Да. Мне сказали, что сердце остановилось. Во сне. Но… - всхлипнув, отворачиваюсь. – Я совсем ничего не помню. Кажется, меня забрали соседи. А потом передали органам опеки. И… в детдом

- Извини, я не знал, - продолжает вскрывать старую рану, но он будто себе вред наносит. – Если я получил правильные данные, то… У нас с твоей матерью был роман. Давно. Примерно в то время, когда она забеременела тобой.

- И вы ее бросили? Нас… - вырываю руки из его хватки. Злюсь. – Ах да, вы же были женаты. И у вас уже росла… Ольга.

Невыносимо! Опять она! В моем прошлом. Настоящем. Как закрыть от нее будущее? Никак, если я собираюсь находиться рядом с Тимуром. Она всегда будет между нами. И в… моем Владике.

- Я собирался подать на развод. Поговорил с женой, мы все обсудили… - массирует пальцами переносицу и морщится. Словно от боли. Только она не физическая. Душевная. – Но Каролина исчезла. Молча куда-то уехала. Испарилась. Видимо, узнала, что у меня есть семья, и не захотела разрушать ее. Сама все решила за нас двоих! – бьет ладонью по столу, и стекло жалобно звенит. – Я искал ее. И даже не знал, что она беременна.

- Я бы тоже сбежала, - сипло говорю, обиженно покосившись на легкомысленного мужчину, который может оказаться моим отцом. Не могу предугадать, обрадует меня это или огорчит. Чувств не осталось, эмоции сломаны.

- Не сомневаюсь. Ты именно так сейчас и поступаешь. Сбегаешь от Тимура. Однако он не женат. Одинок. Не обманывал. Не предавал. И любит тебя сильно. Настолько, что в эти минуты места себе не находит в огромном пустом доме, но дает тебе свободу выбора. Знает, что не переживет, если ты в итоге откажешь ему, однако не давит. Я бы, наверное, не смог так, - откидывается на спинку дивана. – Поэтому Каролина меня и бросила.

- Какой была мама? – рискую спросить, хотя боль и так отравой разносится по венам.

- Идеальной, - коротко характеризует. - Ты напоминаешь мне Каролину. У тебя ее карие глаза, ее каштановые волосы, ее хрупкость и нежность, но, в то же время, стойкий характер. Ты гордая и правильная, как она. Творческая натура. Хоть ты и взяла от меня основные черты внешности, но душа у тебя – от матери, - умолкает, с теплой улыбкой рассматривая меня.

Ошеломленно застываю. Не верю, что Влад Аркадьевич видит во мне не Ольгу, а свою утраченную любовь. Что-то переворачивается в груди, трескается с хрустом, будто ребра превращаются в труху.

А Тимур?

- Ольга была совсем другой, - словно подслушав мои мысли, произносит Влад. – Она в меня полностью пошла.