Дар чародея

 – Все же какой ты у меня замечательный."

"Все присутствующие начали здороваться с четой Бакуниных, подходя к ним, высказывая свои восторги по поводу красоты Оленьки и желая здоровья малышам. Чуть позже, когда Аркадий отошел к Никите, а Оленька с детьми заняла место на одном из диванчиков рядом с Велиной Аркадьевной, Сергей громко вымолвил:

– Господа, прошу вашего внимания! Я хотел объявить всем, что сегодня поверенный наконец передал мне готовую бумагу о наследовании, – он показал конверт с сургучной печатью, поданный ему слугой, и добавил: – По этому документу все наследство моей покойной жены Лидии Ивановны, а также часть денежных средств моего брата Никиты переходят в собственность Аркадия Ивановича. С этого времени он владеет довольно внушительным состоянием, может купить свой собственный особняк и переехать туда своим многочисленным семейством. Чего ему искренне и желаю.

Приблизившись к Аркадию, который в этот миг говорил с Никитой, граф обнял Бакунина, и тот в ответ крепко пожал ему руку, взяв ценный документ и искренне улыбаясь Чернышеву, сказал:

– Я очень благодарен тебе за все, Сергей, надеюсь, отныне мы станем хорошими друзьями?

– Тоже на это надеюсь, Аркадий, – кивнул граф, и похлопал его по плечу.

– А я надеюсь, что ты все же не будешь забывать нас, – добавил Никита, добродушно оскалившись. – И будешь частенько заезжать к нам в гости с твоей прелестной женой и этими сорванцами, которые того и гляди сейчас оторвут портьеру.

И правда, малыши Бакуниных так расшалились, что Оленька и Надя направились к ним, чтобы немного успокоить. Ужин должны были подать уже через четверть часа, и все гости с нетерпением ожидали этого. Спустя час, когда трапеза была окончена, все покинули столовую залу и вновь переместились в уютную гостиную, где слуги разожгли множество свечей.

В какой-то момент Надя оказалась неподалеку от четы Бакуниных, когда к Аркадию и Ольге приблизилась актриса и, обмахиваясь от духоты вышитым веером, вознамерилась тоже пожелать им счастья. Однако на красивом лице Зинаиды было написано такое кислое высокомерное выражение, что Надя почти не удивилась ядовитой речи Вересковой, когда та жеманно произнесла:

– Ах, Аркадий, право! Я даже не думала, что вы можете быть столь прекрасным отцом и любящим мужем! – актриса скривила свои пухлые губы и как-то пренебрежительно продолжила: – Кто бы мог подумать, что вы уже глубоко женаты. Ах, бедные девушки, теперь все будут страдать.

– Какие еще девушки? – нахмурился Аркадий, обнимая Оленьку за плечи, на красивом личике которой после слов актерки отразилось недоумение.

– Ну как же, ваши поклонницы, – не унималась Зинаида, вульгарно рассмеявшись. – Только не говорите мне, что таких нет.