Давай поспорим? (СИ)

Я сделал это не для того, чтобы она вернулась, а чтобы у нее был дом, который так ей дорог, пусть этот дом и не у меня под боком.

Я вышел из подъезда, где стены нещадно давили, а на улице вовсю идет дождь, я и не заметил, пока стоял у окна. Смотрел и не видел. Наверно, так и в жизни у меня. Смотрел и не видел, какая она, моя Настя. Пока не закрылась за ней дверь.

Глава 23.

Настя.

Я нахожусь у Карины уже второй день. Когда сбежала из его кабинета, брела по улицам, пока кто-то не начал настойчиво сигналить мне. Поначалу испугалась, ведь начало темнеть, а разобрать что-то среди света фар было тяжело."

"Каринин новый седан мчал нас в ее новый дом. Наверно, я даже рада, что не пришлось искать гостиницу на пару ночей. Ведь к Роме я вернуться уже не могу, как и к маме. Я сразу представила, как переступлю порог нашей квартиры, а у меня из глаз польются слезы, мама конечно же переживать будет. А сказать правду я ей не смогу. Уже не смогу, раньше — да, между нами не было секретов. Сейчас вывернуть перед ней душу наизнанку — причинить ей боль. Нет. Не могу.

— Эй, ты чего, Настен? — Карина отвлекается на меня за рулем, а я не чувствую, как слезы льются у меня из глаз.

Нескончаемый поток слез, истерик и необдуманные слова вырывались из меня весь вечер и ночь, пока Карина возилась около меня и была рядом. Просто обнимала, говорила какие-то слова про любовь, понимание и время. Я ее не слушала, но принимала дружеское плечо и иногда бокал с вином.

— Соня, пора вставать!

Карина ворвалась в гостевую комнату ко мне и бросилась на кровать, вот такая она.

— Боже, сколько времени? Я опять все проспала?

— Уже одиннадцать дня, но я специально дала тебя выспаться. Завтрак уже готов, а нам надо пошопиться перед тем, как отправлю тебя в Германию.

— О чем ты?

— Значит, не помнишь?

— Что я должна помнить?

— Мы вчера решили, что забиваем на твоего Романа, покупаем тебе много классной одежды, чтобы ты нашла себе очень сексуального и горячего немца и осталась там: влюбленная и отлюбленная, — Карина улыбается своим мыслям и своим планам.

— Боже, я ничего не помню.

— Зато помню я, поэтому шагом марш в ванну приводить себя в порядок.

Когда я зашла в ванну и посмотрела на себя в зеркало, поняла, что отведенные мне пятнадцать минут — ничто. Я не справлюсь. На меня смотрит опухший медвежонок, с красными глазами и гнездом на голове. Теперь я понимаю, как на такое можно купиться?

Кое-как расчесав свои волосы и умывшись холодной водой, я выхожу на кухню, где Карина разогревает мне завтрак и варит кофе.

— Завтрак божественный, — хвалю я Карину, хотя на самом деле кусок в горло мне не лезет.

— Тогда марш переодеваться и в торговый центр.

— Да, Карин, по поводу этого. Я не смогу. У меня нет свободных денег, чтобы скупить все магазины с целью соблазнить немцев.