Девочка Юсупова. Единственный наследник
— Ты родила ребенка от Юсупова и молчала? — гневно спрашивает отец.— Если ты забыл, я ушла из дома и никто из вас не интересовался моей судьбой.— У тебя ребенок от Юсупова, — повторяет он.— Я пришла за помощью, — решаюсь сказать ему, хотя это очень сложно.— Я помогу, конечно, — кивает отец. — Одень сына понаряднее, поедем знакомить его с Юсуповым старшим.Тогда я и подумать не могла, что через каких-то пару недель меня выкрадут посреди белого дня и привезут к нему. К человеку, которого я считала мертвым. Но он жив и одержим жаждой мести. Только вот мстить он почему-то решил мне, матери его единственного наследника.
Вместе с моим оргазмом я чувствую, как сдерживается Дамир. И только потом, когда я обессиленная, обмякаю, он выходит из меня и кончает мне на живот. Смотрит при этом на меня, любуется раскрасневшимися щеками и искусанными губами.
Глава 26
Мое утро начинается с прохладного душа и тихого проскальзывания мимо Дамира. Он спит. Даже не шелохнулся, пока я вставала. Я быстро выхожу на кухню, спускаюсь. Дети тоже спят. Сегодня выходной, мне хочется порадовать их вкусным завтраком. Готовлю сырники и их любимые блинчики с джемом. Дамиру, естественно, завтрак посытнее: скрэмбл с беконом и тосты с лососем."
"Не знаю когда Дамир проснётся, поэтому кофе не делаю. Вместо этого сажусь за ноутбук. Работы сегодня нет, выходной, да и беспокоить потенциальных клиентов с утра дело плохое. Я ищу новые вакансии. Эта работа меня устраивает, но есть нюансы. Я не всегда могу выполнять норму. И не хочу потом слушать какая я безответственная и ленивая.
За ноутбуком удаётся посидеть всего час, после чего спускаются дети. Одетые и даже умытые. В детском саду их приучают к самостоятельности и я очень рада, что они такие же и дома.
— На завтрак сырники и блинчики с джемом, — сообщаю им с улыбкой.
— А папа где? — единственное, что интересует сына.
— Спит наверху. Скоро спустится.
Когда сын спрашивает, где спит отец, я теряюсь, потому что как-то даже не подумала, что такой вопрос будет и как объяснить это ребёнку.
— Папа спит с мамой, — басит с лестницы Дамир.
Господи, я даже не услышала, как он открыл дверь на втором этаже.
— Мама с папой вместе, поэтому и спим в одной комнате.
Дамир дальше объясняет сыну, почему так вышло, а я вдруг думаю о том, что у него это получается так естественно! Даже усилий прилагать не нужно, он просто говорит то, что считает нужным, открывает сыну правду. Спокойным тоном объясняет ему, что теперь будет жить с нами.
Когда объяснительная беседа заканчивается, я зову всех к столу. Он уже накрыт, остаётся только сесть.
— Ты даже не обсудил со мной вопрос совместного проживания, — шиплю.
— А что, должен был? — спрашивает, усмехаясь. — У нас сын растет и дочка. Скоро будет еще один ребёнок. Дети уже знают?
Я киваю. Я рассказала им о своей беременности не сразу, но решила, что так будет лучше всего. Они должны были узнать одними из первых, так как никого ближе их у меня нет.
— Отлично. Нужна еще одна детская. Я бы предпочёл в моем доме жить.
— Ни за что! — тут же отрубаю.
Даже думать не хочу о том, что можно жить в доме, где он был с другой женщиной и где эта самая другая теперь проживает одна. Пусть что хочет делегат с домом, но я в нем жить не буду.
Слишком много воспоминаний о том доме. Мне сложно будет там находиться. Я в последний раз там была, вспомнила в мельчайших подробностях разговор с Дамиром.

















