Диверсионная команда
Нехорошее слово: диверсант. Но это если он чужой. А что, они бывают и свои? Бывают, и еще как! И берутся за работу там, где под угрозой интересы страны, а возможности дипломатов исчерпаны. Работа диверсанта - смерть... Глава таджикской оппозиции не прочь завести шашни с Западом. Если это удастся, рухнут южные позиции России и всего Содружества. Этот деятель должен быть уничтожен. Но он - в Афганистане! И туда отправляется отряд диверсантов. На их пути сотни тысяч вооруженных душманов, армии трех государств, агенты западных спецслужб...
Выбравшийся из кузова Волин посмотрел на лицо подошедшего. Это был мужчина неопределенного возраста. Из-под фуражки выбивались неровно обстриженные седые волосы, а лицо до самых глаз заросло густой рыжей бородой. — Не ожидал снова тебя увидеть, Владимир Андреевич, — пожимая руку Чечетова, произнес Фадеев.
— Мы, Олег Федорович, люди военные, едем куда пошлют, а посылают, как сам знаешь, часто.
После обмена рукопожатиями Владимир Чечетов спросил:
— Мне бы, Олег, своих людей укрыть до завтрашнего вечера от посторонних глаз.
— Нет проблем, — пробасил начальник заставы, — занимай бункер. Он просторный, места хватит, вода, уборная там же, так что днем твоим орлам не надо будет светиться.
— Ну а если «хачики» ночью устроят сабантуй, куда своих погранцов прятать будешь?
— Вопрос, конечно, каверзный. Но ты, Вовик, не знаешь последних новостей. Сопку Безымянную, — Фадеев указал в сторону афганской границы, — помнишь? Сколько она крови попортила. Что ни ночь, то обстрел реактивными снарядами, и сколько я ни докладывал руководству, никакой реакции. Будто и не реактивные снаряды в нас летят, а китайские петарды. А пару дней назад докладывают наблюдатели из «секрета» — на Безымянной «хачики» зашевелились, засекли две их пусковые установки. Докладываю руководству, так и так, мол, снова «хачики» пулять собираются. И что я слышу в ответ: «Дайте координаты и уводите людей в укрытие. Проведем зачистку «градами». В общем, координаты им были нужны как корове пятая нога. В течение получаса лупил по Безымянной дивизион «градов» осколочно-фугасными снарядами и под конец «зачистили» вакуумными боеголовками, да так, что я думал, от высоты воронка останется, но нет, устояла. Но теперь ее скорее можно назвать Мертвая, сколько времени прошло, а на высоте никаких шевелений. Думал, наконец наше начальство поумнело, а оказывается, — тут пограничник перешел на шепот...
Но Чечетов остановил его взмахом руки и, повернувшись к Волину, коротко произнес:
— Капитан, ведите людей в бункер, — он указал на холм, откуда при свете лунного диска были видны торчащие из земли углы бетонных плит, — пусть оправятся, поедят — и спать, завтра будет много дел.
Игорь молча кивнул и, повернувшись, негромко скомандовал:
— На выгрузку.
Бойцы молча прыгали на землю и, стараясь не греметь баулами с амуницией, бесшумно двигались в сторону бункера.
Волин, стоя спиной к беседующим офицерам, наблюдал за движением бойцов группы и невольно слушал рассказ Фадеева.
— Так вот, думал, наши отцы командиры поумнели, как же. Два дня назад приходит шифровка: «Подготовить коридор через Пяндж для действий ДШМГ». Думаю, что-то тут не так, ведь ДШМГ работают на нашей территории, и вдруг коридор на ту сторону... А когда увидел тебя, Володя, все стало на свои места.

















