Дочка папы Карло

— С удовольствием составлю вам компанию, тем более и сам не прочь отобедать. Но вы же не собирались идти в это сомнительное заведение? — он кивнул головой в сторону трактира.

— Вообще-то я здесь плохо ещё ориентируюсь. Может быть вам известно подходящее место? И, кстати, что вас-то сюда привело сегодня?

— Пойдёмте. — граф предложил мне локоть, за который я тут же с благодарностью и уцепилась, — Не представляете, какая оказия со мной приключилась.

*Кстати, калачи изначально придумали в качестве уличной еды. Чтобы можно было есть, не опасаясь грязных рук, у калача была ручка, которую после еды выбрасывали.

Выражение ""дойти до ручки"" показывало, что дело так плохо, что человек ест и ее.

**Городская беднота могла покушать в обжорном ряду. Они были на многих рынках и предлагали дешевый фастфуд. Пирожок мог стоить пару копеек, правда, из чего этот пирожок, лучше было не знать. Часто производители их для начинки покупали даже объедки в трактирах. Ну или пускали на нее старую добрую просрочку.

*** В те времена был распространён именно такой орфографический вариант названия этого воинского звания.

39"

"Нежданный спутник привёл меня в симпатичное кафе ""Старый город"". Это было самое то. Спасибо, что не потащил в ресторан — думаю, мы оба хорошо понимали, что ресторан в нашем случае совершенно неуместен. Мы были не просто ""не в тех отношениях"", а вообще в никаких. Тем забавнее и смешнее выглядело его это: ""Дорогая, я вас совершенно заждался.""

— Я вас, наверное, шокировал подобным заявлением? Простите, ничего другого, более подходящего в тот момент просто в голову не пришло. — смущаясь собственной выходки, конфузился граф.

— Что вы, не извиняйтесь, я искренне благодарна вам за это… смелое заявление.

Ведь оно моментально упростило положение и избавило от ненужного конфликта. — улыбалась я, — Хотя, честно признаться, у меня ноги подкосились, когда какой-то незнакомец подхватил меня под руку. Я же тогда ещё не знала, что это вы — мой неизменный спаситель.

От души насмеявшись над комичностью ситуации, довольно свободно болтали в ожидании заказанных блюд. С Дмитрием вообще легко оказалось чувствовать себя спокойно и уверенно. Да и обстановка располагала. Подобные кафе начинали в эти поры набирать популярность у небогатой интеллигенции и представителей творческих профессий.

Ценник куда приятнее, чем в ресторанах, а атмосфера — демократичнее и неформальнее. На столах лежала свежая пресса, а кое-кто играл в коммерческие игры, бильярд и шахматы. Тем не менее, Дмитрий, заговорщицки понизив голос, сообщил мне, что следует всё-таки соблюдать определённую осмотрительность, ибо подобные заведения часто становились объектами пристального внимания шулеров и всякого рода пройдох.