Досье на Крошку Че
Ох, какой переполох в доме большого семейства Даши Васильевой! К ним нагрянула Милиция. С инспекцией. От ее вердикта зависит, может ли Денька, сын Дашиной подруги, жениться на своей избраннице. Потому что избранница — любимая внучка строгой бабушки.., со странным именем Милиция. Борясь за Денькино счастье, вся семья, включая полковника Дегтярева, изображает из себя непонятно что. Но Даше все эти домашние интриги совсем не ко времени — у нее новое расследование! Она одна может вытащить на свет божий тайну смерти художницы Юлии Тришкиной. Основная версия гибели — самоубийство, но Даша и шестнадцатилетняя дочь Юлии Катя сильно в этом сомневаются. Только стоило ли будить спящую собаку…
Зрелище не было рассчитано ни на детей, ни на пожилых дам, и уж навряд ли этим «сериалом» станет увлекаться домашняя хозяйка, сидя с вязаньем в гостиной. Если кому в голову и придет глядеть подобный фильм, то он уединится с ним в своей спальне.
Очевидно, беспорядочно нажимая кнопки в попытках включить телик, я случайно наткнулась на один из кабельных каналов, демонстрирующих порнографию. Ничего удивительного, на крыше дома торчат три громадные «тарелки» — мы ловим практически весь мир.
Слава богу, Милиция во время нашей беседы стояла спиной к телевизору, но сейчас она мирно расправит плед и сядет в кресло…
Кеша бросил взор на экран, покраснел, выхватил у меня пульт, быстро переключил канал, и обнаженных бесстыдников сменила картина богато убранной комнаты.
— Хосе, — заквакало из динамика, — Хосе! Это моя дочь!
— Нет. Розалия, ты разбиваешь мне сердце.
— О, Хосе, наша любовь выдержит испытание.
— Розалия, я умру от горя!
Милиция осторожно опустилась на подушку.
— Вы тоже смотрите «Каролину»! — с радостью воскликнула она.
— Да, да, — мигом подтвердила я, — чудесная картина.
— Добрая.
— Да, да.
— Без сцен насилия и секса.
— Да, да.
— Изумительное кино.
— Да, да, — машинально твердила я, наблюдая за тем, как лицо Аркадия, стоящего у кресла-качалки, медленно принимает естественный оттенок.
— Актеры восхитительны.
— Да, да.
— В особенности Хуанита.
— Да, да.
— Но и Розалия ничего.
— Да, да.
— Вот Хосе слишком агрессивен.
— Да, да.
— Ей не больно?
— Да, да.
— Ей не больно?
— Да, да, — кивнула я и потрясла головой. — Простите, не поняла, вы о ком сейчас спрашивали?
— О вашей собачке, — пояснила Милиция. — Вы в нее так яростно вилкой с ножом тыкаете.
Я вздрогнула. Нашарив в кресле клубок и спицы, предусмотрительно приготовленные Кешей, я не забывала сейчас делать вид, что занимаюсь рукоделием, и постоянно шевелила руками.
Глаза оторвались от лица Милиции, взор переместился ниже.., и меня чуть не хватил удар. Вместо мохера у меня на коленях покоилась Жюли, а в моих пальцах были зажаты столовые приборы. Перепутала мебель! Вон он, клубок, мирно лежит на диванчике. Вилки в кресле забыл кто-то из домашних: сел у телика с тарелкой в руке, слопал вкусное, оставил посуду и ушел.
Аркадий снова начал багроветь.
— Э.., э… — забормотала я. — Да, действительно! Ножик и вилочка, а это Жюли..

















