Досье на Крошку Че

Вадик на всякий случай зажмурился, ожидая чего угодно — вопля, визга, заявления: «Димон, ты — козел!» В конце концов, обозлившись, интеллигентная Майя вполне могла треснуть приятеля, нагло пытающегося вломиться в туалет, метелкой, которую Лидия Константиновна хранила в просторном клозете рядом с тачкой.

Но вокруг стояла полнейшая тишина. Вот тут Димон едва не заработал инфаркт.

«Ни в коем случае не открывай глаз, — велел ему тихий внутренний голос, — лучше вернись так, зажмурившись, в дом и мирно ложись спать».

Но Вадик разлепил веки и мгновенно увидел тело Майи, лежащее в странной позе на полу будки.

То, что девушка мертва, было ясно с первого взгляда.

— Он убил ее, — сказал Карякин, снова отхлебывая «коньяк», на этот раз прямо из горлышка бутылки.

— И вы никому не рассказали правду? — возмутилась я.

— Нет, — вяло ответил Карякин.

— Почему?

Димон пожал плечами.

— А зачем и кому болтать было?

— Думаю, на место происшествия прибыла милиция?

— Верно, — подтвердил Карякин. — Мы хрен знает сколько времени ее ждали.

— Смерть Майи посчитали несчастным случаем, — с жаром продолжила я, — решили, будто несчастная поскользнулась, упала и разбила переносицу о железную тачку.

Не успели опрометчивые слова слететь с языка, как я мгновенно о них пожалела. Сейчас Карякин вздрогнет и спросит: «А откуда вам известна столь подробная информация о происшествии?» Но тут затрезвонил мой мобильный, я схватила трубку, а Вадим снова вцепился в бутылку.

— Муся, — кричала мне в ухо Машка, — ты можешь позвонить Карлу Густавовичу и попросить, чтобы он прямо сейчас, безо всякой очереди, ушил Деньке брюки?

— У меня нет телефона Карлуши, — ответила я.

 — Вернее, он не записан в мобильном. Вернусь домой, тогда пожалуйста.

— Ладно, — вздохнула Маня, — сами разберемся. А ты где?

— Потом побеседуем, — туманно сообщила я, отключила мобильный и, положив его на край стола, уставилась на Вадима.

Карякин слегка втянул голову в плечи.

— Почему вы так смотрите?

— Просто так, — быстро ответила я, сообразив, что собеседника не поразила моя слишком широкая осведомленность. — Значит, все сошло Игорю с рук?

— Угу, — кивнул Димон.

 — Он убил Майку, очень быстро женился на Юльке, а потом, когда и она ему надоела, повторил уже один раз разыгранную пьесу. Вы в курсе, что с Юляшкой случилось?

— Откуда бы… — фальшиво-удивленно воскликнула я.

Карякин откинулся на спинку жалобно заскрипевшего стула."

"— Игорь, конечно, сукин сын. Знаете, кто ему алиби в первом случае предоставил?

— Нет.

— Сима Полунина. Когда менты нас допрашивать стали, она заявила: «Ничего ночью не слышала, из комнаты не выходила.