Фиалки на десерт

Реакция была предсказуемой – гримаса на мамином лице: «Дом? И что в нем такого? Роскошный? Ну, не знаю. Обычный дом. Дети? Да, нормальные дети! Дети как дети. Жена? Господи, какая же у нее постная физиономия! Хотя я, конечно, ее понимаю – жить с нашим Мишей… Ох, бедная женщина! Сочувствую очень!»

Я тогда рассмеялась:

– Мам, ты что, Мишу ревнуешь? И кажется, за него не рада!

Мама не замедлила с ответом:

– То, что ты дура, я знала всегда!

Как обычно – поговорили.

* * *Митька поступил в институт с первого раза – слава богу, мне уже мерещились ужасы армии и горячие точки. Они, эти самые точки, теперь в жизни страны присутствовали всегда, постоянно.

В институте была военная кафедра. Тогда, кстати, впервые серьезно поругались с Богомоловым. Я говорила, что боюсь армии как огня, а Богомолов резко перебил:

– Боишься? Ну и напрасно! Нет, я не про горячие точки, сейчас туда новобранцев не посылают. Я про армию вообще! Митя твой – извини! – мамочкин сынок! А армия ему не повредит, между прочим! Только «повзрослит» его и «возмудит». – И засмеялся.

Такой специфический у Богомолова был юморок.

Но – обошлось. Митька учился, родители были в порядке, я по-прежнему работала в школе, и у меня был Богомолов – любимый мужчина. Кажется, все? Все, что женщине надо?

А вот, оказывается, не все. Еще было надо, чтобы появилась эта чертова Женевьев, невеста сыночка-дурня. И перевернулась вся моя жизнь. Вспомнила мамино – вот когда, совсем недавно, все только наладилось! Только, казалось, начала жить! И тут нате вам…

Митька, сынок! Ведь столько вокруг прекрасных девочек! Ты обернись! Умных, красивых, внимательных, ласковых! Своих таких девочек! Почти родных! И понятных! А ты…

Нет, я все понимаю – любовь… И все-таки, Митя! А может, не надо?

Оказалось – надо.

– Я ее люблю, мама!

– Ну люби себе на здоровье. А как же я? Как я, сынок? Как я без тебя?

– А что ты, мам? У тебя есть работа. Есть дедушка с бабушкой. Есть Светка твоя. Есть Богомолов. А это – моя жизнь, мам! Я уже вырос! И странно, что этого ты не заметила!

Вот так. Вот так все просто. Просто и четко – его жизнь.

Жизнь и вправду его. А где моя жизнь? Родители? Они зациклены друг на друге и вполне обходятся без меня. И это хорошо, конечно! Работа? Да что там работа, разве она спасет? Светка? У нее своя жизнь.

А Богомолов? И у него своя жизнь, отдельная от моей. И они, наши жизни, никак не пересекаются. И вряд ли пересекутся – будем честны.

Моя жизнь, Митька, это ты. Так было всегда. Комплекс матери-одиночки? Да как хотите! Только ничего мне не надо, если тебя рядом нет! Вот так-то, сынок. Такие дела.

Но в основном все это я говорила про себя, сама с собой. Ему – ни-ни. Никому я в душу не лезла. Никому и никогда..

А мама обрадовалась выбору внука.