Я до сих пор князь. Книга XXII

С момента, когда его друзья ушли подальше, он вступил в бой с четырехруким монстром. Тот был по-настоящему силен. Наверняка, подобные существа обитали только в центре Зоны, но как они добрались до окраин? И вообще, как оно прошло через купол? Как такое возможно?

Последнее, что помнил Антон, это как ему удалось использовать прием, который ему показывал отец и который ему долго не удавался. А вот что произошло после, Антон не знал. Но раз он цел, то у него получилось, как минимум, выжить. А вот удалось ли его друзьям…

— Они забыли про тебя… — услышал он едва различимый и до боли знакомый голос, но откуда он?

— Кто тут? — произнес он вслух, и понял, что горло саднило.

— Твои друзья тебя забыли… — продолжили шептать.

Антон потряс головой. Вполне вероятно, что это мигрень или остаточные последствия битвы.

Но кто его сюда принес? Если преподаватели, то он бы был в лазарете. Значит, отец.

Антон аккуратно достал ноги из-под одеяла и встал. Голова слегка закружилась, и он взялся за спинку. Немного подождав, пока вестибулярка привыкнет, он прошелся к окну. На улице пел день. Большинство деревьев в саду уже стояли голые и создавалось ощущение грусти.

Посмотрев по сторонам, Антон не нашел ни вещей, ни телефон. Наверное, прислуга убрала в стирку. И не мудрено. Четырехрукий изрядно его помотал. Крови было очень много.

Достав из шкафа штаны и футболку, он решил спуститься в столовую. В животе предательски заурчало, стоило только подумать про еду. Это хороший знак. Как говорил его брат: если движок пуст, то он далеко не поедет. И именно сейчас надо заправиться.

Спустившись вниз, Антон удивился, что по дороге не встретил ни одного слуги. Cовпадение? Да и слуг было не так уж и много.

В столовой он достал из холодильника курицу, разогрел и съел. Потом закусил кастрюлей пюре и шлифанул десятком сочников.

— Помоги… — опять появился странный голос.

— Кто ты? — произнес Антон. — Что тебе от меня нужно.

— Отец меня пытает…

— Брат? — вскочил со стула Антон. — Как ты… Где?

— Я тут. Иди сюда…

Вот почему голос показался знакомым. Это Саша. Но в то же время звучал он странно, как будто в забвении.

— Ты где? — Антон начал нервничать.

— Я не знаю… Тут темно и сыро! Отец… Это все он…

Пришлось парню выйти в коридор и идти, ориентируясь на голос в голове. Если он говорит, что темно и сыро, значит, Саша в подвале.

Остановившись у массивной старой деревянной двери, Антон оглянулся, надеясь, что его никто не видит, и только после этого начал открывать дверь. Хоть тут и было полно замков и прочих заклинаний, вся семья Есениных была в списке тех, кому поддавались все двери в доме.

Однако в этот раз стояли новые запоры, что еще больше насторожило Антона. Саша точно за этой дверью!

— Я не могу открыть! — прошептал он в надежде, что брат услышит.