Я! Еду! Домой! От чужих берегов

На чердаке совсем темно тоже не было – и кровля все же местами была не очень, и через окошки свет пробивался. Доски скрипели и щелкали под подошвами ботинок. Я старался ступать на них, держась ближе к балкам перекрытий.

– Дрика! Давайте с котом сюда! – крикнул я.

Продолжать фразу в стиле «а то знаю я этих мутантов, им через забитое окно внутрь запрыгнуть – как мне два пальца обмочить» я не стал, хоть подразумевал именно это. А чердак – все же защита какая-никакая.

– Хорошо! – послышалось снизу.

– Ну и хорошо, что хорошо,– пробормотал я, пробираясь ближе к окну.

С чердака было видно даже немного лучше, чем снизу. Но разглядеть мутанта мне пока не удавалось. Сокс в трейлере уже не лаял, но даже здесь было слышно, как он рычит. А еще я увидел возле окна Сэма с его рычажной винтовкой. Он перехватил мой взгляд, кивнул и показал пальцем в сторону развалин школьного здания. Я схватил бинокль.

Мутанта я обнаружил не сразу, но все же разглядел. Он устроился за ржавым остовом школьного автобуса, и засек я его сначала по колебанию стеблей травы. Затем увидел горбатую серую спину, время от времени появляющуюся в проеме окна.

Мутант чем-то был занят – он явно не подкарауливал нас или Сэма. Что именно он делал, разглядеть никак не удавалось, а ассоциации, возникшие в мозгу, отличались редким идиотизмом. Мое подсознание услужливо подсказало, что мутант стирает белье. По крайней мере, равномерность его движений на такую идею наталкивала.

– И что там тебе понадобилось? – спросил я.

Мутант мне не ответил и знаков никаких не подавал. Я посмотрел на Дрику, которая, стоя у меня за спиной, попыталась разглядеть тварь через оптический прицел, и тоже не преуспела.

Зато спросила:

– А что он делает?

Кот, сидевший у самого люка, тоже ничего не сказал. Я посмотрел на Сэма, и он, видимо, совершенно правильно истолковал мой взгляд, пожав плечами. Пожимать я и сам умею – мне какие-нибудь здравые идеи нужны насчет того, что делать дальше. Самой здравой идеей было бы с вечера выдать одну рацию Сэму, чтобы можно было общаться и обсуждать совместные планы, но на это ума не хватило. А кричать теперь почему-то совсем не хочется.

Откинув сошки у «штайра», я водрузил его прямо на деревянную раму чердачного окна.

Мутант рывком приблизился в прицеле, но ясности мне это так и не добавило: он продолжал повторять свои странные движения, не показываясь в поле зрения целиком.

– Спугнуть его, что ли? – пробормотал я, подводя перекрестие к тому месту, где за ржавым металлом должна была находиться голова твари.

Решиться стрелять не смог, поэтому посмотрел опять на Сэма. И увидел, как тот с перекошенным от злости лицом показывает мне руками: «Стреляй! Стреляй!». Ну вот, не один я такой умный оказался.