Я! Еду! Домой! От чужих берегов

Она, кстати, уже надела ярко-желтый дождевик и была в куда более выигрышном положении, если со мной сравнивать.

– Здесь мертвецы,– вместо ответа констатировала она уже известный мне факт.

– Точно. Но и мы пока в машинах.

Фургон тронулся с места, следуя за яркими габаритными огнями едущего впереди пикапа.

– А как мы попадем на борт? – спросила Дрика.– Неужели думаешь, что они стоят с опущенным трапом? Сейчас и нас не разглядишь, и докричаться не получится.

Замечание было больше чем резонным, я тоже об этом подумывал. Поэтому ответил:

– Сначала доберемся – там видно будет.

Может, они вообще никуда не идут или уже ушли – чего сейчас гадать? Если на месте, то придумаем что-нибудь.

Это не было отговоркой, я так и думал на самом деле. Хотелось, чтобы все сложилось так, как планируем, но… заранее я был готов уже к любому результату – мертвому экипажу на борту, выброшенному ураганом на берег судну, чему угодно, в общем. Если все получится – пусть это лучше будет приятным сюрпризом, нежели обрушением хрустального замка последней надежды. Да и не последняя она, тут уж хрен дождетесь: надо будет, я и вплавь погребу в Европу, здесь не останусь.

Видимость продолжала падать, метрах в пятидесяти уже было почти ничего невозможно разглядеть. Стало темно, темно по-настоящему, как в самые темные сумерки, когда до наступления ночи остается всего ничего. В воздухе неслись не только листья и ветки, но и мусор поувесистей. Пластиковый синий ящик, кувыркаясь, вылетел откуда-то сбоку и со всего маху врезался в борт фургона, гулко, как в барабан, ударив. Мусорный контейнер на роликах катился, гонимый ветром, потом с грохотом врезался в стену контейнеров, остановившись.

Щетки стеклоочистителя выполняли уже декоративную функцию, эдакая движущаяся в сумасшедшем темпе художественная инсталляция на лобовом стекле. Промелькнул мимо окна колченого бредущий, совершенно дезориентированный зомби, и мне показалось, что я заметил выражение недоумения даже на его мертвом и полуразложившемся лице. Да это понятное дело, тут и мертвый офигеет от того, что творится вокруг.

Без Сэма, как мне кажется, мы бы даже дорогу к причалам не нашли. Может, и преувеличиваю, но контейнерный терминал поражал своими размерами и планировкой.

Настоящие стены и небоскребы из железных ящиков поделили его на кварталы, районы, образовали улицы и проспекты, и понять, куда сворачивать, учитывая то, что очередная разноцветная стена выплывала из дождя только перед самым носом, было почти невозможно.

Когда мы выскочили на причал, стало страшно уже по-настоящему. Казалось, что ураганный ветер подхватит нашу увесистую машину и просто зашвырнет ее во взлохмаченную серую поверхность воды в бухте.