Я тебя не отдам

Цепляюсь пальцами в ремень безопасности и смотрю перед собой не моргая. Марат заводит мотор. Дверь гаража медленно поднимается вверх, взору открывается вид на пустой двор и высокий забор. Марат жмет на кнопку на пульте, и ворота начинают разъезжается в разные стороны.

Давидов жмет на газ и быстро пересекает двор. В последний момент, когда выезжаем со двора, я замечаю на земле две темные фигуры, которые ярко контрастируют с белым снегом.

— Они мертвые? – задерживая дыхание, спрашиваю я."

"— Нет, всего лишь без сознания. Это люди Гольдмана.  – Марат с силой сжимает руль, напряженно смотря перед собой и время от времени поглядывая в зеркало заднего вида.

— Расскажи мне. Все. Только в этот раз правду, – прошу, не надеясь ни на что.

— Что именно тебя интересует? – его губы складываются в тонкую линию, он говорит, не отрывая взгляда от дороги, а я вдруг замечаю кобуру, выглядывающую из-под его пояса.

— Начни с Гольдмана. Что вас связывает?

Глава 25

– Помнишь, я когда-то упоминал, что мои родители рано умерли?

– Ага, – киваю, не совсем понимая, при чем здесь это.

Марат тяжело вздыхает, и я понимаю, что эта тема для него непростая. Он вдавливает педаль газа в пол, унося нас все дальше и дальше от его дома, и все же продолжает рассказ:

– Я был тогда совсем молод, ничего не умел. Компанию отца почти растащили – кредиторы, конкуренты, другие акционеры. Мне, парню, который интересовался гонками и каждую ночь трахал разных грудастых девочек, одному было не справиться со всем этим, поэтому я обратился к единственному человеку, которого знал и которому мог доверять. Отец долгое время дружил с ним, мы часто ездили вместе на рыбалку, только Гольдман тогда был далек от губернаторского кресла, у него было рыбное хозяйство, лодки и… связи в некоторых кругах.

В каких именно кругах, Марат не уточняет, но я и сама догадываюсь. Достаточно было услышать их разговор, чтобы понять методы Гольдмана и сделать выводы о его прошлом.

– Он дал мне денег под процент с условием, что за его покровительство я буду выплачивать ему часть прибыли.

– Почему ты не откажешься от его услуг? Он ведь… я же видела, что тебе он не нравится.

–  Не все так просто, но я над этим работаю. Именно поэтому мы затаимся на некоторое время. Я вышел на одного человека, можно сказать, что у нас есть общие цели. Если переговоры пройдут хорошо, то Сергею Николаевичу недолго осталось.

Последние слова он произносит с такой интонацией, что я так и не понимаю: он говорит о том, что Гольдман отойдет от дел, либо о том, что его… убьют? От этого предположения становится не по себе. Все же каким бы плохим ни был человек, его смерти не хочется. Особенно чтобы к этому делу был причастен Марат.

– А что с Яной? И Дашей.