Японская война. 1904 (СИ)

Час до полудня, мы сдерживаем врага с 6 утра. Не идеально, но сдерживаем. Если после такого отступить, отдать без боя еще крепкие позиции, представляю, какой раздрай будет в душе не только у меня, но и у каждого из солдат. Действительно, как недавно сказал Мелехов, так недолго и до криков «офицеры предали» дойти.

— Вас обходят. 12-я дивизия Иноуэ в любой момент может прорваться и оказаться у вас в тылу. Полковник Лайминг прикроет отступление!

Вот, значит, зачем Кашталинский выдвинул резерв. Не ради атаки, а ради отступления. И тут, конечно, нужно признать, что за всю эту войну, даже после самых страшных поражений, японцам ни разу не удалось окружить русскую армию и устроить разгром.

Мы не могли победить, но мы и не проигрывали: отходили, собирались и готовились дать новый бой. В теории даже звучит неплохо, но в реальности бесконечное бегство формирует и определенный склад мышления. Готовность проиграть, даже болезненное ожидание, когда же это, наконец, случится.

А еще… Я заметил, куда именно заходит 11-й Восточно-Сибирский стрелковый Её Императорского Величества Государыни Императрицы Марии Фёдоровны, мать ее, полк — точно в стык между замершими позициями японской гвардии и дивизии Иноуэ.

Вместо встречного боя получился прорыв — вот только что будет, если сибиряков сейчас не поддержать? Да их же просто возьмут в огневой мешок с двух сторон!

— Передайте генералу, что 22-й стрелковый тоже останется прикрывать отступление, — я принял решение.

— Это нарушение приказа, — незнакомый офицер хотел было продолжить, но я подошел, ухватил его за плечи и повернул к полю боя.

— Видишь, что творится? — я дождался кивка. — Тогда возвращайся и передай то, что я сказал.

Мы тоже задержимся и прикроем отступление.

После этого времени на разговоры больше не было. Мелькнула было мысль, а стоит ли рисковать своими ради того, чтобы помочь тем, кто сам о себе не позаботился, и тут же исчезла. Считаться буду на рынке, а тут с нашей стороны все свои. Тем более что маневр с ограниченным встречным ударом мы готовили.

В это время 11-й стрелковый, пользуясь тем, что временно оказался чуть ли не в тылу у врага, попытался взять японцев в штыки. Те ушли от боя, а потом в сторону оказавшихся в ловушке сибиряков начали поворачиваться как раз переправленные через Ялу легкие горные пушки.

Сразу же навал, но полковник Лайминг тоже захватил с собой пару орудий и даже пулеметы. Место и время для встречного огня было выбрано не самое лучшее, но этого хватило, чтобы немного задержать врага. А потом полковник упал, и малейшие надежды, что 11-й стрелковый все-таки сможет сам выбраться из окружения, растаяли как дым.

— Господин полковник, 2-й батальон готов к выполнению задачи, — доложил Мелехов, когда я добрался до передних позиций.