История Мадлен

И, хотя, скорее всего Софи догадалась о содержании нашего с ним вчерашнего разговора, но декорум нужно было соблюдать!

Граф нахмурился и молча смотрел на меня. Кажется, до него дошло, о чем я говорю. А у меня на глазах навернулись слезы и я резко уставилась в окно, чтобы граф, сидящий напротив, не видел этого. Не хочу снисхождения и жалости!

Унылый зимний пейзаж за окном ни сколько не добавил мне радости. Более того, глядя на жалкое село, мимо которого мы проезжали, я понимала, что та Россия, к которой я стремилась, так же, как и Париж, опутана сословными различиями.

Брак с русским графом — прекрасное будущее для любой женщины. Каждая модистка Парижа продала бы душу не задумываясь, чтобы оказаться на моем месте. Только вот я действительно любила Михаила и мне не было дела ни до его титула, ни до его богатств. Он нравился мне совсем не этим… И сидеть дома, сложив лапки, пока муж несет свою службу — это совсем не счастье для меня.

Неужели мне придется выбирать между любимой работой и любимым мужчиной? Почему, ну почему мне так не повезло?! Был бы Михаил из купцов — я спокойно могла бы договориться с ним, я почти уверена. Но разве русский граф может жениться на французской модистке?!

Сейчас в Россию я могу въехать или как мамзель Мадлен, модистка королевы, или же — как баронесса де Вивьер, невеста графа Апраксина.

Третьего не дано!

Глава 55

Ну, по крайней мере, лично я была в этом совершенно уверенна.

Софи из природного чувства такта буквально слилась со стенками дормеза, опасаясь лишний раз шумно вздохнуть и, напомнив о своём присутствии, помешать нашему разговору. Всё-таки обсуждался довольно щекотливый вопрос.

– Я не готов ответить вам прямо сейчас, мадемуазель Мадлен, но обещаю серьёзно и ответственно подумать на эту тему. – тяжело, но осторожно вздохнув сказал граф, выходя из задумчивости, – В любом случае, я считаю, что из любого положения, если не отчаиваться и хорошенечко поразмыслить – можно найти достойный выход.

Я подняла на него глаза – граф выглядел довольно уверенно, что немного приободрило и меня.

– И вообще, кто-нибудь уже напоит горячим чаем озябшего путника? – решительно меняя тему, шутливо напомнил он нам об обязанностях “хозяек дома”.

– Ох, и в самом деле, что это мы, Мадлен, даже ничем не угостили дорогого гостя. – отмерла Софи, с облегчением принимая и подхватывая заданный Михаилом Владимировичем тон.

Я автоматически взялась собирать на стол, прислушиваясь к своим ощущениям и пытаясь понять в сумбуре душевных метаний, что же я на самом деле чувствую сейчас. Тревога осталась. Или, точнее, я боялась её отпустить, доверив решение такого важного вопроса другому человеку. Даже если это был сам граф. Это было, как добровольно отдать контроль над собственной жизнью.