История одной (не)любви

— Йен…

— Дея… помнишь, я как-то сказал, что после возвращения из-за Грани моя жизнь превратилась в кошмар?

— Д-да… это из-за того, что мы связаны. Но ведь теперь все хорошо? Мы… Мы же…

«…любим друг друга», — едва не слетело с губ.

Она вовремя прикусила язык, и несказанные слова прозвучали эхом в сознании.

Он усмехнулся. Так, словно понял, о чем она думает.

— Ты должна знать кое-что.

Замолчав, Йеванн протянул ей кинжал. Настоящий темно-эльфийский седжак, такой же, как она видела в руках Рейвена. С одним лишь отличием — у этого лезвие было темнее и уже, и оплетка истертая.

— Возьми.

— Зачем?

— Просто возьми. Если захочешь меня ударить — ударь.

Ее глаза расширились.

— Но я не хочу тебя бить!

Дея сжала кулак, сопротивляясь, но Йеванну удалось разжать ее пальцы. Он всунул рукоять ей в ладонь и накрыл своей рукой.

— Захочешь! — отчеканил чужим, грубым голосом.

Губы девушки затряслись, по щекам побежала теплая влага.

— Йен… ты сумасшедший! Мне страшно…

— Мне тоже.

На секунду повисло молчание. Зловещее. Почти осязаемое. Легло на плечи гранитной плитой. Йеванн сгорбился под тяжестью слов, что душили его изнутри. Дея сжалась. Она смотрела на мужа и не узнавала его. Только чувствовала, как в нем зреет что-то опасное, темное. Что-то, о чем ей не следует знать.

Не выдержав его взгляд, она закрыла глаза и зажмурилась.

В тишине прозвучали слова. Холодные, беспощадные. Сказанные сухим, безжизненным тоном:

— Я был тем дознавателем, что арестовал твоих родителей. И тем, кто отправил твоего брата в Гандервилль. За это император пожаловал мне герцогство и седьмую офицерскую степень…

Глава 33.

Последнее слово растаяло в воздухе.

Дея сидела, оцепенев. Ей казалось, что она спит и видит кошмарный сон. Такой, в котором пытаешься убежать от чудовища, но не можешь сдвинуться с места.

Она сделала вдох и вдруг поняла, что не властна над собственным телом. Руки и ноги утратили чувствительность, а перед глазами появился туман. С каждым ударом сердца, с каждым рваным вдохом этот туман становился все гуще и все темнее. Пока не закрыл все вокруг.

Исчезла комната. Исчез весь мир. Не стало ни звуков, ни запахов. Только бледное напряженное лицо Йеванна осталось перед глазами. И алые искры в глубине его вытянутых зрачков.

Прежде они у него были круглые — человеческие. Теперь из глубин его глаз на нее смотрел демон. И этот демон чего-то ждал…

А кинжал в руке жег раскаленным железом.

Медленно, почти не соображая, что происходит, Дея перевела взгляд на лезвие. В отполированной стали отразилось ее лицо. Его сменила картинка из прошлого: центр Тарузы, особняк Вейлиссов, двор. Мать и отец в кандалах, Рейвен, вооруженные тайхи. И дознаватель — Черная Смерть.