Его наследник

Он вышел из меня и мягко, но звонко шлёпнул по ягодице — тьфу чёрт, это ещё что за детский сад?

— Красиво вибрирует, — услышала я в след тому, кто детально разглядывал мой зад, пока я перебирала ватными после секса ногами в сторону душа.

Осторожно ополоснулась, чтобы не намочить пластырь. Игорь его не заметил, потому что я наклеила пластинку на живот. Но вот второй раз, боюсь, вопросов не избежать. Я ведь имею право не хотеть от него детей? Имею. Тогда почему я робею от того, что он рассердится, когда поймет для чего это штука?

Вышла из душа, завёрнутая в полотенце, и неловко посмотрела на него.

Не могу привыкнуть к тому, что мы находимся на одной территории после секса. Мне бы было легче, чтобы он уходил к себе, но Игорь вовсе не разделяет со мной этого желания. К тому же, сейчас будет второй сеанс «любви». Впрочем, я не против…

Тихомиров тоже наскоро ополоснулся и вернулся в комнату. Не говоря ни слова, стащил полотенце и выбросил его прочь, свалил меня на матрас и принялся целовать. Просто так, везде. Плечи, шею, грудь, колени…

— Это что ещё такое? — отлепил он пластырь.

Чёрт… Поджала губы.

— Пластырь.

— Да ладно? Серьёзно? — со свойственной ему язвой спросил он.

 — Я вижу, что это. Вопрос был для чего. Ран на твоем теле я не вижу.

— Курить бросаю, — ответила ему нагло.

Он помолчал секунду, сверля меня ледяными карими глазами.

— Ты не куришь. И не курила. Не лги мне, Вера. Я знаю о тебе всё, вплоть до того, какие оценки в твоём аттестате. Или ты думаешь, что в мою постель попасть просто?

— Мне всё равно, как попадают в твою постель, ясно? Я сюда не просилась.

Мы спорили, лёжа на кровати. Игорь подпирал меня своим телом, мы были оба обнажены и ссорились.

Самое время и место для споров…

— Ну тебя и не спрашивали. Главное, что ты устроила меня.

Глянула на него с ненавистью. Вот сейчас очень хотелось плюнуть в холёное, нереально красивое лицо. Но я же леди, и сдержалась.

— И какая оценка была у меня… по химии? — неожиданно спросила его.

Бровь Игоря изогнулась под идеальным углом. Нет, он всё-таки что-то с ними делает. У него брови чуть ли не красивее моих!

— Четвёрка, — ответил он с усмешкой.

Ну да, точно. Вот засранец, у него на меня полное досье. Наверное, даже о том, как звали кошку у бабушки в деревне, тоже имеется информация…

— Ты была хорошисткой, хорошая девочка Вера.

Примерная ученица. Мне нравятся такие хорошие девочки, как ты.

Он притянул меня к себе за шею, запечатлев поцелуй на губах.

— Так для чего пластырь? — сжал он меня довольно больно руками и смотрел в глаза, будто в самую душу. — Ты думаешь, я не понял? Он крепится либо чтобы отбить желания, либо чтобы отбить беременность. Я лично склоняюсь ко второму. Мечтаешь не забеременеть, а, Вера?

— Да, — ответила, с вызовом глядя в карие глаза.