Его наследник

Богдан выскочил в коридор и принялся обувать свои ботинки. Шнурки вязать он пока так и не научился, и мне пришлось ему помогать. Потом помогла ему одеться, накинула на себя пальто.

— Ко мне повернись, — сказала ему и натянула на голову шапку с пушистым помпоном. — Всё, выход.

По дороге в машине он спросил:

— Мам, а в садик я сегодня не пойду?

— Пойдёшь, — ответила ему, заглядывая в зеркала на повороте. — После встречи с доктором.

— У меня что-то болит?

— Нет. Мы с тобой об этом уже говорили. Доктор посмотрит на твоё поведение, поймёт, что ты хороший и умный мальчик, напишет в карточке, и мы поедем в сад.

— Я просто не понимаю, зачем нам этот доктор, мама? — нахмурил бровки сын.

— Всех детей он смотрит в твоём возрасте. Не нужно переживать.

***

Нас проводили в комнату, где за столом уже ожидала женщина. Худая блондинка с яркими голубыми глазами и каким-то располагающим к себе взглядом.

— Добрый день! — встала она и кивнула нам. — Проходите.

Я и Богдан присели на стулья напротив неё. Она тоже села и улыбнулась обезоруживающей улыбкой:

– Меня зовут Виктория. Я психолог. Вы у меня в гостях. Тебя зовут Богдан, верно? — повернулась она к сыну.

Он молча кивнул. Контакт с посторонним сразу не настроить с ним.

— Богдан, видишь, в углу стоит стол?

Мальчик проследил за её рукой, которая указал на тот самый угол.

— Да.

— Там есть альбом и фломастеры. Иди, порисуй. Знаешь, что нарисовать?

— Машину?

— Нарисуй машину. Иди, не стесняйся. Всё, что на столе — можно брать.

Сын на миг замялся и глянул на меня.

— Иди, Богдан. Раз сказали «можно» — значит, можно.

Он послушался и пошёл к столу, сел и притянул к себе фломастеры. Пока ребёнок увлёкся рисованием, Виктория повернулась ко мне:"

"— Итак, Вера, сегодня я пообщаюсь с Богданом на предмет того, как он воспринимает роль папы в своей жизни и как лучше подготовить его к знакомству с ним. Скажите, мальчик что знает о своём отце?

Я собрала руки в замок, и глядя на свои пальцы, ответила:

— Что папа есть, но он уехал. На Север. И не может нам писать, звонить и приезжать.

— То есть, Богдан уверен, в том что его отец жив и в принципе где-то существует?

— Ну да.

— Понятно. Что ж, если бы вы ему сказали, что он мёртв, всё было бы сложнее. Мальчик говорит о папе? Спрашивает что-то?

— Да. Когда приедет папа, спрашивает.

— В какой момент? Просто так вспоминает? В его возрасте слишком долго думать об одном и том же ребёнок пока не может.

— Когда видит других детей с папой, или вместе с мамой и папой.

Виктория постучала карандашом по столу, задумавшись:

— Значит, по идее, Богдан ждёт его домой. Ему хотелось бы иметь полную семью, как у его друзей.

— Похоже, что так.

Психолог устремила внимательный взгляд на меня:

— А вы сами как относитесь к появлению отца Богдана? Ваше дело я читала.