Изгой Проклятого Клана

А тут даже дали образование и допустили на инициацию. Очень подозрительно.

Он ждал, пока я начну задавать вопросы.

Пока он почувствует власть над моим интересом.

Стоило ли подыграть?

Пожалуй, нет.

Он сразу должен понять, с кем имеет дело. Если хочет что-то от меня получить.

— Давайте перейдём от словесной игры к прямому ответу, — сказал я, пристально смотря в глаза Святославу. — Не Ваши ли слова, что у нас мало времени? Ваши. Я ценю ваше мнение о роли моего отца, но мы здесь не за этим. Вам что-то нужно. Говорите.

Святослав нахмурился ещё сильнее.

То, что я спросил прямо, ему не понравилось.

Словно ребёнку, в чьей игре ты нарушил правила, к которым он привык.

Но жизнь не игра.

— Ну, хорошо, — Святослав откинулся на спинку с недовольным лицом. — Хотите коротко и по существу? Пусть будет так! Я считаю, что Ваш отец никакой не предатель. Сейчас он на опасной многолетней миссии отстаивает интересы клана. Остальное — легенда.

Интересное мнение.

— Подтверждения будут?

— Нет, только мои умозаключения. Но они логичны. Полностью. И для нашей беседы это важно, потому что вы — господин Северский — напрямую наследуете своему отцу.

Во всем. Включая долг защиты нашего клана. Нашего ОБЩЕГО клана.

Я едва сдержался, чтобы не усмехнуться.

Ну да. Верхушка клана рассуждает, что мы бьёмся за общее дело. Хотя сам имеет не в пример больше привилегий.

— Переживаете за мою верность?

— Не верность, господин Северский. А за судьбу клана, как такового, — его голос стал серьёзнее. — В нём нет единства.

— Конкретнее.

— Видите ли, мой старший брат-наследник — посредственность. Во всём.

Ещё и трус. А младший — Мстислав — очень талантливый в магии. Это было известно с самого его рождения. Вот только отбитый наглухо.

Отбитый — это не то слово.

— Мы с ним знакомы, — кивнул я.

— Я знаю, — ухмыльнулся и Святослав. — И о том, что ты сломал этому упырю руку и ногу! — тут он искренне рассмеялся. — Жаль, я этого не видел!

Перешёл на ты? Хорошо.

— Ты к нему не питаешь большой любви.

— Любовь⁈ К этому монстру⁈ — его лицо исказилось в разозлённой гримасе. — Я не могу назвать его человеком, Руслан! Эта жестокая тварь — клеймо нашего клана и моего рода в частности! — он гневно ударил тростью о пол.

— Но мой отец искренне раздумывает о том, чтобы сделать его наследником! При этом он отказывается понимать, что Мстислав превратит наш дом в кровавый театр!

Он выдохнул и откинулся на спинке сидения. И добавил, гораздо тише:

— Извини. Мне стоило держать себя в руках. Но, поверь, у меня есть повод его ненавидеть.

— Верю, — полностью серьёзно сказал я.

— И ладно, если бы у Мстислава не было поддержки.