Древесный маг Орловского княжества (том 7)

Какая–то долбанная единица резерва всё никак не набирается из–за моих повреждений! Так бы саданул шрапнелью и дело с концом.

Мощнейший треск и рёв приближаются стремительно! Два огненных метеорита проносятся с двух сторон от меня, снося к чертям деревья, и только затем почти всех курий! Двух уцелевших отшвыривает ударной волной. Ею и меня припечатывает к стволу уже единственного в округе дерева. Едва успеваю закрыть лицо от пламени.

Которое тут же бьётся о невидимый огненный щит, выставленный явно не мной. Вот это забота!

Оставшихся курий добивают уже из магических луков, как из бластеров с синими лучами. Тульские «Ветерки» в деле.

— Ярослав! — Доносится мужской крик через треск разгорающейся рощи. — Зачем так сильно! Ты могла его зацепить!

— Ярослав!! — Визжит уже девушка, да так, будто всё на свете уже потеряла.

Роща шипит от напускной ледяной дымки, пожар быстро тушится. И в этой мгле ко мне с двух сторон набегают туляки. Деян, ещё несколько ребят с ошалелыми лицами. И Лютик.

— Живой! — Объявляет глава отряда, и братцы смеются, как дети.

— Кто там говорил, что такого не может быть? — Слышу голос Лучеслава.

— Я сразу понял, что это наш Ярослав в небе орудует, — заявляет Деян. — А неплохо ты их!

— Да ну брось, не сразу ж вразумили, — делится впечатлениями ещё один боец. — Сперва решили, что курии взбесились, не поделив что–то между собой. Это позже по его особому ледяному дождю стало ясно.

Ну да, как я и предполагал. Спалился в горячке.

Люта бросается ко мне в объятия, прижимаясь без слов. Такая горячая, что я вмиг перестаю трястись от холода, который успел засесть уже в костях. В этот самый момент я понял, как сильно выжат, и что даже подняться теперь — и в мыслях нет. А ещё в очередной раз осознал, как эта отчаянная и опасная крошка меня любит.

— Вот это да! Наш Ярослав в птицу превращаться может, — радостно объявляет Лучеслав, подстраиваясь сбоку.

— Всё, не болтайте, — обрубает Деян недовольно. — Не было такого. Все вразумили?

— Да, братка, — отвечают соратники.

— Согласен, нечего болтать…

Люта полечила нежным касанием на шее, резерв пошёл копиться.

Чёлку заботливо отвела, погладила по волосам, где шлем не мешает. Взгляд её такой заботливый и любящий, что тепло на душе стало. Она ведь бросилась ко мне на помощь, ослабив оборону. Как и её отряд в десять человек.

— Зря вы оставили позиции, зачем, — критикую несмело. — Я бы справился с этими букашками.

— Потеря такого ратника для нас сравни поражению, — заявил Деян. — К тому же и без нас там войск хватает. Юрий сразу наказ дал не бросаться рьяно. Решил, что за Кремлёвских драться не будет, раз они, как крысы в норы забились и ждут.

— Не понял? Москва не защищается? — Встрепенулся я. В этот момент мне как раз и полог походной палатки под задницу подсунули.