Камин для Снегурочки

– Вот видишь, – шепнула я Ваньке, – а ты их сволочами назвал, нас угостят эклерчиками или другим чем, еще вкусней.

– Там на столах будут пирожные, конфеты, выпечка всякая, – словно робот вещала Наталья Ивановна, – коньяк, ликеры…

Глаза музыкантов заблестели, гитарист Костик облизнулся.

– …но не вздумайте стырить хоть крошку, – мрачно докончила Наталья Ивановна, – это не для вас положено, а для гостей.

Ванька возмущенно засопел. Мне стало смешно, Наталья Ивановна, очевидно, такая же домработница, как я, с чего бы ей гнуть пальцы перед нами?

– Наташа! – возмущенно воскликнула девушка лет двадцати, вбегая в помещение, где проводили «инструктаж». – Что за ерунду ты несешь! Это же артисты, звезды! Угощайтесь, сколько хотите! Ешьте на здоровье!

– Спасибо, – буркнул Костя, – мы не из голодного края прибыли!

– Ваше дело, конечно, Ника, – с достоинством ответила Наталья Ивановна, – я с детьми хозяина спорить не имею права, но эти, с позволения сказать, актеры такие кадры! Им только позволь – все для приличных людей приготовленное сожрут, а что не смогут, с собой прихватят!

– Нам бы в туалет пройти, – перебил прислугу Костик, – а потом переодеться надо.

– Сюда, сюда, – засуетилась Ника, – по коридорчику, там санузел для обслуги, смотрите, с нашим туалетом для гостей не перепутайте. Наемные работники пользуются тем, что за зеленой дверью, а остальные ходят вон туда, за желтую!

Я прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться ненароком. Милая Ника, не пожалевшая для людей третьего сорта, лабухов,[3] вкусных пирожных, не собиралась пускать нас в ванную, предназначенную для «чистых» посетителей.

– Хватит тут базлать, – взвился Свин, – ставьте аппаратуру, переодевайтесь – и вперед.

Целый час Рита просидела на банкетке в огромном зале, ожидая публику. В конце концов Свин не вытерпел и ушел на кухню, откуда незамедлительно послышался его громкий голос:

– И долго нам париться?

– Вам платят за час, – спокойно возразила все та же Наталья Ивановна.

– Надоело сидеть без дела!

– И что? Деньги же все равно идут, ждите. Сейчас люди отужинают и явятся.

Красный от злости Свин вернулся в каминную, огляделся по сторонам и налетел на меня.

– Ишь, расселась! А ну принеси нам кофе!

Я порысила на кухню и осторожно спросила у Натальи Ивановны:

– Извините, пожалуйста, можно кипяточку?

– Зачем? – перекосилась прислуга."

"– Музыканты кофе хотят, – зачастила я, – вы не волнуйтесь, у нас все с собой, баночка растворимого напитка, сахар, одноразовые стаканчики, а вот горячей воды нет.

Наталья Ивановна указала на симпатичный ярко-оранжевый чайник.

– Умеете таким пользоваться?

– Да, да, спасибо, – закивала я, – вы очень любезны.

Домработница, не моргая, смотрела, как я, вымыв руки, раскладываю кофе по стаканчикам.