Катрин. Книги 1-12

В руках лучшей мастерицы города розовая и серебряная парча, выбранная Гареном де Бразеном, обращалась в наряд принцессы, делавший красоту Катрин столь ослепительной, что хозяйку дома это тревожило. Как и Барнабе, старая дама считала, что такое совершенство несет в себе больше ростков смерти, чем обещаний счастья. Но Катрин с такой детской радостью смотрелась в серебряное зеркало, что госпожа Шандивер ничем не показала своего чувства. Ткань, переливающаяся, словно река в лучах восходящего солнца, складками спускалась от тонкой талии, растекаясь по полу коротким шлейфом.

Платье было очень простым, Катрин отказалась от пышных украшений, сказав, что ткань хороша сама по себе. Но вырез, широким углом доходивший до сильно завышенного пояса, открывал серебряную ткань нижнего платья, расшитого розовым жемчугом совершенной формы: первый роскошный подарок Гарена своей невесте. Жемчуг сиял и на серебряной стреле остроконечного чепца, покрытого бледно-розовой кисеей, обвивал тонкую шею девушки. Сзади плечи и спина были открыты до лопаток, но узкие рукава закрывали руки до середины кисти.

Мария де Шандивер размеренно произнесла:

– Надо приподнять эту складку, слева… Да, как раз под рукой! Она некрасивая… Вот! Теперь намного лучше! Дитя мое, вы ослепительны, но я думаю, вам достаточно взглянуть в зеркало, чтобы убедиться в этом.

– Благодарю вас, мадам, – улыбнулась довольная, несмотря ни на что, Катрин.

За тот месяц, что она провела в доме Гийома де Шандивера, ее опасения одно за другим улетучились. Благородная дама относилась к ней без высокомерия и без насмешки.

Она приняла ее как равную, не напоминая о ее скромном происхождении, и Катрин нашла в этой доброй и кроткой женщине друга и советчицу.

Хозяин дома нравился ей гораздо меньше. Гийом де Шандивер, камергер и приближенный герцога Филиппа, был человеком сухим, резким и довольно странным. Его взгляд смущал Катрин – оценивающий взгляд неопределенного цвета глаз, взгляд барышника. В этом вежливом и образованном старике, двигавшемся бесшумно и никогда не повышающем голоса, угадывался торговец живым товаром. От Сары Катрин узнала странное происхождение богатства хозяина дома и то, каким образом бывший конюший Иоанна Бесстрашного сделался камергером и государственным советником.

Пятнадцать лет тому назад Гийом де Шандивер продал свою единственную дочь Одетту, прелестную девушку, не достигшую еще шестнадцати лет, своему хозяину герцогу Иоанну. Нет, не для него самого – она должна была стать любовницей, постоянной спутницей, сиделкой и, надо признаться, шпионкой при несчастном, безумном короле Карле VI.