Катрин. Книги 1-12

Они думали об этом, начиная с большого осеннего праздника. Я не знал об этом, когда они меня подобрали там, в горах, полузамерзшего и умирающего от голода.

– Но ведь именно ты им сказал, что мессир Арно уехал со своими людьми, – уточнил аббат Бернар. – Это одно и то же! А может быть, и еще хуже, так как без тебя женщины, старики и дети этого города не подвергались бы теперь такой страшной опасности.

Жерве подполз к нему на коленях:

– Ваше преподобие!.. Вы священник, благочестивый человек… Милостивый человек!.. Сжальтесь надо мной! Я молод! Я не хочу умирать! Скажите им, чтоб сохранили мне жизнь!

– А несчастный брат Амабль?! – прорычал Гийом Бастид.

 – Он тоже был молод. Ты просил своих друзей Апшье, чтобы ему сохранили жизнь?

– Я не мог ничего сделать! Кто я такой, чтобы давать советы сеньорам? Я для них только презренная неотесанная деревенщина.

– Для нас тоже! – буркнул кузнец. – Но хоть ты и деревенщина, а должно быть, им весьма полезен и был хорошо принят, ведь как ты нагло выставлялся в тот вечер, когда они здесь появились…

– А второй гонец, Жанне… Тот, кого ты поджидал, как и в эту ночь, у выхода из подземного хода, – добавил Бастид, – он-то еще жив, я надеюсь?

Теперь вокруг несчастного обвинения свистели как стрелы, и под этим страшным огнем Жерве сгибался все больше и больше, не пытаясь больше защищаться.

Катрин дала своим людям волю и сидела, не вмешиваясь.

Однако из этого ничтожества надо было еще выудить правду…

Катрин наконец подняла руку.

– Теперь слушай меня, Жерве Мальфра! Ты видел и слышал этих людей? Они все тебя ненавидят, и среди них нет ни одного, кто не желал бы обречь тебя на вечные муки после того, как подлая душа твоя покинет тело.

Но ты можешь избежать самых ужасных страданий…

Жерве резко поднял голову. В его блуждающем взгляде она прочитала надежду.

– Вы снова оказываете мне милость, великодушная госпожа! О! Говорите… говорите, какой ценой!

Она поняла, что он готов говорить, сказать все, что угодно, пока будет надеяться на жизнь. Ничего не было легче, чем дать обещание, но она не хотела даже для подобного негодяя пускаться на такие низкие уловки и хитрости.

Зная, чего это может стоить, она все же поспешила его вывести из заблуждения.

– Нет, Жерве! Я не пощажу тебя, потому что у меня больше нет такой возможности. Ты не мой пленник, ты пленник жителей этого города, где нет никого, кто понимал бы, зачем мы сохранили тогда твою жалкую жизнь. Но тебе подарят смерть быструю, если ты ответишь на два вопроса…

– Почему не жизнь? Сохраните жизнь, госпожа Катрин, или я ничего не скажу! Какое мне дело, что вы хотите знать, если я все равно умру.