Катрин. Книги 1-12

Тот ответил ей, что несколько минут назад их проводили к госпоже Морель-Совгрен, поскольку этим вечером их хозяйка обойдется без них. Филипп решительно ничего не забывал.

Пройдя сквозь множество коридоров, галерей, проходов и лестниц, ее провожатый открыл небольшую массивную дверь. Когда Катрин пересекла порог, она остановилась, словно завороженная, не веря своим глазам…

Комната, освещенная светом камина и множеством розовых свечей, воскресла из прошлого. Это была специально убранная для нее в Брюгге комната, где она с Филиппом провела столько ночей любви и откуда она уехала восемь лет назад к постели умирающего сына, чтобы больше не вернуться.

Как во сне прошлась она по толстому белому меху, устилающему пол, с изумлением разглядывая стены, обитые чудесным розовым генуэзским бархатом, мебель, отделанную серебром, массивные канделябры, большие лилии в вазах, зеркала и герб, выбранный ею во время своего царства: голубая химера на серебристом фоне.

Убранство комнаты осталось прежним вплоть до белого шелкового платья, расшитого жемчугом, лежащего на серебристо-розовом стеганом одеяле.

Все, что Катрин оставила в Брюгге, она нашла в Лилле…

Воспоминания были так живы, что Катрин непроизвольно повернулась к маленькой двери, наполовину скрытой альковом. Эта дверь вела в ванную, и Катрин показалось, что она откроется и на пороге появится Сара… Она прикрыла глаза и попыталась хоть немного успокоиться.

Когда она вновь открыла глаза, перед ней возникли две темнокожие женщины в белой одежде, скорее всего рабыни, купленные в Венеции или Генуе. Они низко поклонились и в мгновение ока освободили Катрин от мужского платья.

Потом наступила очередь ароматизированной ванны с вербеной – давно забытое наслаждение. Катрин, легко вздохнув, отдалась во власть пьянящих благовоний, позволяя зеленой воде проникать в ее кожу, смывая пыль, пот и усталость… Она давно не видела такой изысканной роскоши, даже в своем прекрасном замке де Монсальви.

Ей вдруг стало так хорошо и спокойно, что она потеряла всякий счет времени. Закрыв глаза, она погрузила свое ставшее невесомым тело в ласкающую воду. Она чуть было не заснула, когда заботливые руки вынули ее из ванны, завернули в тонкое покрывало, вытерли.

Ее надушили духами, привезенными из далеких стран, которыми она пользовалась раньше. Ей тщательно расчесали волосы, ставшие необыкновенно блестящими.

Катрин очень удивилась, что женщины не заплели их как обычно, чтобы укрепить хеннен. Служанки лишь чуть подняли их и накинули крупную сетку из небольших жемчужин…

К тому же ей не надели рубашку; белое шелковое платье заскользило по телу подобно струе свежей воды.