Катрин. Книги 1-12

Но где вы остановитесь на первое время? Сатурнен Гарруст готов предоставить вам свою ферму, но это означало бы бросить вас в волчье логово, ведь это совсем рядом. А этот сарай…"

"– Поедем к нам в Рокморель, – резко прервал ее Беранже. – Мне надо сказать пару слов братьям, позволившим сиру Арно вести себя подобным образом.

Гоберта поднялась с сеновала, встряхнула нижние юбки и достала привязанный к поясу мешочек.

– Я решила, что вы голодны, и принесла сыр и хлеб. Теперь я вернусь домой и засну с легким сердцем, так как я не спала со дня возвращения мессира Арно.

Как и при встрече, Катрин расцеловала храбрую женщину в обе пухлые щеки.

– Гоберта, я всегда знала, что могу рассчитывать на вас, но на этот раз вы можете быть уверены, что я никогда не забуду то, что вы для меня сделали. Скажите там всем, кто наверху, что я их не забыла, ни их, ни мои обязанности, как считает мой сеньор. Я хочу сохранить их дружбу и доверие…

– Бедняжка, они всегда это знали! Если бы ваш супруг не окружил себя бандой негодяев, он бы недолго правил в Монсальви. Что же до его потаскушки, ее бы вразумили как следует, надрав задницу крапивой.

Но все утрясется, я думаю. Доброй ночи, наша госпожа, и до скорой встречи!

– До встречи, Гоберта. Но как вы вышли и как собираетесь вернуться? Разве ворота не закрывают на ночь?

– Разумеется, да, но в тот день, когда кто-то помешает мне выехать или въехать, когда мне будет нужно встретиться с вами, он горько пожалеет, что появился на свет.

Сказав это, она исчезла с такой легкостью и быстротой, какие невозможно было в ней предположить. Готье тщательно закрыл за ней двери сарая.

Свернувшись калачиком на соломе, Катрин решила дать отдых своему уставшему телу.

Гоберта принесла успокоение ее истерзанному сердцу. Рядом с человеком, так жестоко публично оскорблявшим ее, не было детей, и от этого удар был менее болезненным.

Гнев заглушал печаль, и она знала, что уже завтра, когда она немного отдохнет, ей придется сдерживать себя от яростного желания поднять сеньоров из соседних владений на осаду ее собственного замка. Не пришло ли время расстаться с ролью слишком нежной супруги и хоть раз заставить заплатить ее супруга за все то, что она вынесла за шесть лет замужества.

От этой мысли она приободрилась и уснула.

Когда рассвело и снова стали видны очертания Монсальви, Катрин и ее спутники покинули свое благоухающее пристанище и, наскоро умывшись холодной озерной водой, через поля направились к дороге, ведущей к долине Лота, над которой возвышались античные башни Рокмореля.

Никогда еще деревня не казалась Катрин такой приветливой и прекрасной. Буйная растительность росла на обрывистых склонах. Покатые вершины заросли розовым вереском.