Катрин. Книги 1-12

Горожане размахивали оружием, выкрикивали старый девиз мятежников: «Вставай, вставай, нас предали!»

Одна из толп прошла по мосту и направилась к Гранд — Плас. В центре бурлящего потока находился растрепанный мужчина в платье эшевена, который криками умолял о пощаде. Это был мужчина преклонного возраста, маленького роста, с болезненным лицом. От его слабости и беззащитности, у Катрин и ее слуг, наблюдавших за происходящим из окна, сжалось сердце. Молодая женщина перекрестилась, словно перед смертью, поскольку эшевену наверняка осталось жить недолго."

"— Они следуют примеру Гента, — вздохнула она.

 — Я была удивлена, что здесь до сих пор ничего не происходило. Да сжалится Бог над этим несчастным и сделает его смерть легкой!

Радостный шепот Беранже прервал ее мольбы.

— Посмотрите! Лодка! Она приближается! Действительно, к противоположному берегу причалил рыбак. В плоском суденышке на дне без труда можно было рассмотреть гарпун и большую сеть. Высокий худой рыбак был одет в холщовую рубашку, голубой льняной берет, натянутый до бровей. По бородке и пышным светлым усам можно было догадаться, что это Сан-Реми.

С ловкостью, которую Катрин не ожидала от элегантного кавалера, он поставил лодку между двумя другими, надежно привязал ее и уселся, словно ожидая кого-то. Через некоторое время, делая вид, что задумался, он покинул лодку, взобрался на причал и слился с орущей толпой, проходящей мимо.

— Он сошел с ума! — вздохнула Катрин. — Если кто-нибудь сегодня узнает его, он не спасется.

— Скорее он смельчак, — поправил свою госпожу Готье. — К тому же вы сами в прошлый раз его не узнали.

— В любом случае, — с горящими от радости глазами заключил Беранже, — этой ночью мы вырвемся из нашей тюрьмы.

— Возможно… чтобы оказаться в другой, — вздохнула Катрин. — Нам придется, разумеется, некоторое время оставаться в монастыре, прежде чем выехать из города.

Никогда еще день не казался таким длинным. Бесконечно тянулось время, а обстановка в городе становилась все более сложной. Из троих домашних слуг осталось двое. Третий не смог отказаться от удовольствия смешаться с толпой.

Двум служанкам, сгорающим от любопытства, тоже не терпелось принять участие в мятеже. Они непрерывно обсуждали происходящие события, и Готье пришлось самому отправиться на кухню.

К вечеру шум в городе по-прежнему не стихал, и когда Катрин задала вопрос о том, что происходит, начальнику караула, кожевенных дел мастеру, тот ответил:

— Сегодня народ вершит правосудие! Над ним достаточно поиздевались. Пришло время заставить Филиппа бояться! — с победным блеском в глазах воскликнул он.

— Правосудие-над кем?

— Над теми, кто нами управляет и нас предает! Можете больше не ждать визитов бургомистра Варсенара, его и его брата казнили.