Катрин. Книги 1-12

До чего же прекрасно было ощущать себя живой, молодой, свободной… свободной, чтобы продолжать свою нелепую, упорную борьбу с капитаном Монсальви!

– Я никогда не оставлю тебя в покое, – прошептала она чуть слышно, когда рыцарь, не заметив ее, проехал мимо окна. Непреодолимое желание взять реванш, отомстить охватило ее. При виде Арно она испытала странное чувство: она одновременно и любила, и ненавидела этого странного человека, который с такой холодной решительностью, не колеблясь, послал ее на смерть и который с такой страстью стонал в ее объятиях. Его удрученный вид, грусть, запечатленная на челе, вызвали у Катрин прилив злого торжества.

Пусть же и он познает страдание и поймет, что гордость может защитить отнюдь не всегда."

"Когда все приехавшие вошли в дом и он наполнился ровным гулом, Катрин прилегла на свое ложе, такое мягкое, что она готова была расплакаться от счастья. Воспоминания о прошлом будили в ней не только гнев на Арно, но и беспокойство. Сегодня вечером или завтра они столкнутся лицом к лицу, и эта минута, вынуждена была признать молодая женщина, страшила ее более всего.

Как поступит он, поняв, что она жива?

Два раза она принадлежала ему безраздельно, и он не мог не понимать этого. Откуда же эта исступленная ненависть, заставившая его послать ее на муки, отдать в руки палача? Он явно боялся ее, боялся той непреодолимой страсти, которую она в нем возбуждала, и, считая, что это от дьявола, попытался избавиться от нее столь жестоким способом.

Катрин постаралась поставить себя на его место. Встретив ее на дорогах Фландрии, он даже не пытался сопротивляться своей неистовой страсти. Это было естественно: она была красива, и он желал ее; схватив ее в объятия, он захотел овладеть ею.

Все остальное просто не имело значения. Но в ту минуту, когда ее величество Любовь соединила их, лукавая судьба уже готовилась их разлучить. И зачем только после гибели брата запало ему в память это имя – Легуа? Много Легуа в Париже, но лишь один из них, кузен Гийом, взмахом топора оборвал жизнь Мишеля. Почему же Арно не мог разузнать о той роли, которую сыграла во всей этой истории маленькая парижанка? Но никто не поведал ему о золотых дел мастере, повешенном за то, что приютил его брата, об обезумевшем ребенке, который, загораживаясь руками от разъяренной толпы, молил пощадить юношу. Для Арно Катрин воплощала всех Легуа сразу, и его не заботило, кто из них был виновен, а кто нет.

Продолжая размышлять таким образом, молодая женщина в глубине души начинала оправдывать Арно. Почему, в конце концов, должен был он ей доверять? Она носила фамилию, которой он поклялся мстить, но, встретив ее у стен Арраса, охваченный любовью, он позабыл о своей страшной клятве.