Катрин. Книги 1-12

Она поняла ничтожность всего сущего! Катрин даже не пыталась думать о том, как встретит ее Филипп и что он ей скажет. Ради спасения Жанны она решилась пойти на все, даже на невозможное, в крайнем случае на выкуп Девы из плена. Дальше этого ее мысли о будущем не шли.

Спиной она ощущала тяжелые взгляды тех, кто с высоты башен наблюдал за ее отъездом: Сентрайля, грубого и жестокого Флави, которого она заметила, уже садясь на коня, солдат, прильнувших к бойницам. Ее стеной окружали люди, не ведающие жалости: воины Филиппа, поддерживающие англичан, и воины Жанны – и самый жестокий из них, Арно, схватившийся со смертью за стенами монастыря.

Это была ловушка, выбраться из которой у нее не хватало сил.

Они проехали мост и приблизились к передовым постам бургундцев. Оруженосец поднял белый флаг. Катрин услышала, как он сообщил ее имя первому же стрелку, добавив, что «бургундская дама желала бы поговорить с герцогом Филиппом». Стрелок позвал офицера, который в свою очередь спешно отрядил сержанта к огромной палатке, пурпурно-алой в лучах заходящего солнца. Безмолвная и смиренная, Катрин ждала. Ей даже не хотелось вспоминать об Арно: эти воспоминания причиняли ей боль, подобно незаживающей ране…

Сержант вскоре примчался назад, вздымая тучи пыли.

Он был сильно взволнован.

– Мадам, – крикнул он, подбегая, – мессир Золотое Руно, герольдмейстер Бургундии, сейчас будет здесь. Ради вас он пожелал оставить все дела.

Эти слова вызвали у приехавшей горькую улыбку: неужели это имя будет преследовать ее всю жизнь? Но тут внимание ее привлекло видение воистину сказочное: пустив коня в галоп, к ней мчался всадник. Его перевязь, накинутая поверх доспехов, переливалась шелком и золотом.

На ней были изображены гербы всех бургундских владений. На шее висела широкая золотая цепь, украшенная эмалью, в центре ее было подвешено изображение барана. Шляпа с султаном из перьев дополняла этот роскошный наряд. Приблизившись, всадник соскочил с коня и устремился навстречу Катрин, протягивая к ней руки:

– Катрин!.. Дорогая! Я и не надеялся вас вновь увидеть!

Со смешанным чувством удивления и радости, которое помогло Катрин очнуться от охватившего ее оцепенения, она узнала своего знакомого, Жана Лефевра де Сен-Реми, и протянула ему обе руки.

– Жан! До чего же я рада вас видеть! Да вы просто великолепны!

Инстинктивно она вернулась к тому легкому, свободному тону, которым были отмечены их прошлые встречи, и это помогло ей собраться, взять себя в руки. Сен-Реми тем временем повернулся на каблуках, как это предписывала мода, и наконец отвесил ей низкий поклон.

– Перед вами, дорогая, герольдмейстер Золотое Руно, избранный единодушно геральдической коллегией Бургундии. Лицо весьма важное.