Катрин. Книги 1-12

Мгновение спустя он схватил ее на руки и унес на широкое ложе под золотым покрывалом, мерцавшим в глубине палатки, и у нее не хватило сил сопротивляться его желанию… Но молнией промелькнуло в ее мозгу видение: умирающий Арно на узкой койке в своей келье, Арно, которому она принадлежала душой и телом. Что значили былые плотские удовольствия в сравнении с той полнотой чувств, которую лишь он один умел ей дать? Их любовные схватки, не оставлявшие места жалости и напоминавшие скорее битву, в которой каждый из противников ждет, когда другой ослабеет, все же значили для нее больше, чем ласки Филиппа.

Тело Катрин содрогнулось, протестуя. Мягко, но твердо она отстранила герцога…

– Не сейчас! Оставь меня!

Он сейчас же выпустил ее и отступил, нахмурившись.

– Но почему? В конце концов, чего тебе от меня надо, зачем ты приехала, если не намерена возродить нашу любовь?

Катрин мгновение колебалась: стоило ли начинать сейчас, когда она не оправдала его надежд? Однако дело нужно было довести до конца во что бы то ни стало.

– Я приехала, чтобы просить тебя о помиловании, – спокойно ответила она.

– О помиловании?

Внезапный приступ безудержного смеха, в котором не было ничего нарочитого, заставил его обессиленно повалиться в широкое кресло черного дерева.

Он хохотал, задыхался от хохота, смеялся так, что Катрин мало-помалу начала закипать гневом.

– Я не вижу в этом ничего смешного! – произнесла она, слегка надувшись.

– Смешного?

Он резко прервал свой смех, поднялся и подошел к ней.

– Ангел мой, ты столь же наивна, сколь и безрассудна. И уже не раз обращалась ко мне с подобной просьбой. Мне следовало бы сообразить, что в запасе у тебя еще одна. Это становится манией.

Ну и кого же ты намерена спасти на этот раз?

– Деву.

Казалось, пушечное ядро влетело в палатку. Лицо Филиппа, все еще улыбающееся, приняло замкнутое выражение. Словно испугавшись, он отступил за стол, как бы желая укрыться за ним от Катрин, и коротко произнес:

– Нет!

Молодая женщина спрятала за спину задрожавшие руки. Филипп – она чувствовала это ясно – сейчас ускользал от нее. В мгновение ока исчез пылкий любовник. Теперь перед ней стоял несгибаемый герцог Бургундский. Губы ее дрогнули в слабой улыбке.

– Я не так выразилась. За Деву следует назначить выкуп, как того и требуют законы войны.

Сколь велика ни была бы сумма, она будет выплачена.

– Законы войны не распространяются на слуг дьявола. Эта девчонка – ведьма, а не воин.

– Какой вздор! Это Жанна-то ведьма? Да она сама честность и чистота, отвага и страстная набожность. Простодушнее ее нет никого на свете. Ты просто не знаешь ее…

– Зато ты, похоже, знаешь?

– Я обязана ей жизнью и хочу вернуть свой долг. Ходят слухи, что ты собираешься выдать ее англичанам… но я не желаю этому верить.