Катрин. Книги 1-12
Обольстительная Катрин – дочь золотых дел мастера Гоше Легуа – с юных лет притягивала к себе мужчин, среди которых были и сиятельные вельможи, и благородные рыцари, и простолюдины. Ее мужем стал главный казначей Гарен де Бразен, любовником – герцог Бургундский Филипп, любимым – рыцарь Арно де Монсальви. Совершая роковые ошибки, искушая мужчин и сама поддаваясь соблазнам, Катрин неудержимо стремилась к тому единственному, кто навсегда завладел ее сердцем. И эта любовь вела Катрин через все испытания, давала силы и надежду, вознаграждала за унижения. Любовь Катрин победила все
Не могли бы вернуться в дом вашей матери?
— Она будет жить у меня, — перебила Эрменгарда. — Неужели вы полагаете, что я намерена предоставить ее назойливому вниманию старых торговок рыбой из квартала Нотр-Дам? Там будет немало таких, кто возрадуется падению государственного казначея. Я не уверена, что Катрин будет в полной безопасности в подобном буржуазном окружении.
У Руссэ не было возражений. Он дал Катрин разрешение проживать в особняке Шатовилэнов. Надо сказать, что в последнее время отношение молодого капитана к Катрин стало необычно сдержанным.
— Я больше не знаю, на чьей я стороне, графиня.
Монсеньор Филипп приказал мне охранять госпожу де Брази и предотвращать любые покушения на ее безопасность со стороны ее мужа, но ведь он ничего не знает обо всех этих последних событиях. Он все еще в Париже, и мне остается лишь гадать, как такой благочестивый человек воспримет известие о нападении Брази на монастырь! Он придет в ярость, и я боюсь, что его гнев падет и на молодую госпожу, — он может подумать, что она тоже частично в ответе за это дело, что она даже была сообщницей…
— Вы, должно быть, не в своем уме, молодой человек!
Разве вы забыли, как сильно герцог любит Катрин? Его сердцем правит она, и только она!
Жак де Руссэ почесал в затылке.
— Видите ли… Я больше и в этом не уверен тоже. Говорят, что он обхаживал в Париже прекрасную графиню Солсбери.
— Вы боитесь за свое собственное будущее! Вы боитесь сделать неверный шаг, не так ли? — язвительно добавила Эрменгарда. — Для военного человека вам явно недостает храбрости! Что ж, может быть, я и не солдат, но в данном случае у меня храбрости предостаточно: я намерена принять Катрин под свою крышу и обещаю ей свою защиту.











