Катрин. Книги 1-12

Узкий рот его на гладком, чисто выбритом лице казался шрамом от сабельного удара. Черный бархат с приколотым сверху золотым образком святого Георгия окутывал его голову и шею темной тенью, подчеркивая белизну кожи. Левый глаз закрывала повязка. Мессир Гарен потерял его в шестнадцать лет в битве при Николапе. Он сопровождал Иоанна Бесстрашного, бывшего тогда еще графом Неверским, в безумном крестовом походе против турок. Граф заметил юношу и приблизил к своей особе. С тех пор благосостояние Гарена росло с каждым днем.

Жительницы Дижона никак не могли взять в толк, почему он упорно остается холостяком и так холоден и равнодушен к их призывным взглядам.

Богатый, недурной наружности, пользующийся расположением августейших особ, наконец, не глупый, он с радостью был бы принят любой семьей, будь то простые горожане или знать. Но господин де Бразен предпочитал жить в одиночестве в своем роскошном особняке среди бесчисленных коллекций, за которыми следила многочисленная прислуга, и вовсе не замечал улыбок дижонских девиц.

В конце концов все молитвы были прочитаны, и Лоиза поднялась с колен. Катрин последовала за ней и, проходя мимо казначея, заметила, что тот пристально на нее смотрит.

Девушки вышли из светового круга, что мерцал вокруг Черной Божьей Матери Утешительницы, и оказались в густых потемках собора. Ощупью пробираясь к выходу, они старались ступать как можно осторожнее, поскольку в те времена в церкви частенько хоронили и вывороченные плиты и глубокие ямы между ними были не редкость, так что всякий мог на каждом шагу оступиться.

Катрин и оступилась. Около огромной черной купели она споткнулась, подвернула ногу и, вскрикнув от боли, растянулась на полу.

– Растяпа! – проворчала Лоиза. – Смотрела бы получше под ноги, бестолковщина!

– Но здесь же ничего не видно! – жалобно оправдывалась Катрин.

Она попыталась встать и вновь упала, застонав.

– Я не могу идти, мне очень больно. Наверное, я что-то сломала. Хоть бы руку мне подала, Лоиза.

– Позвольте мне помочь вам, мадемуазель, – донесся откуда-то сверху глухой низкий голос. Большая тень склонилась над Катрин. Сухие горячие руки в мгновение ока подхватили ее, аккуратно поставили на землю и тихонько повели, придерживая за талию.

– Не бойтесь, обопритесь на меня.

На паперти я созову моих людей, они отнесут вас домой.

Лоиза уже вышла на паперть, распахнув дверь, и ворвавшиеся в церковь лучи солнца осветили господина Гарена собственной персоной. Катрин смущенно покраснела.

– Право, мессир, вы слишком добры ко мне. Мне уже лучше. Мы живем в двух шагах отсюда, я дойду сама.

– Но вы говорили, что сломали ногу…

– Надеюсь, не сломала. Мне показалось… Просто боль была очень сильна. Теперь она почти прошла. Не знаю, как и благодарить вас, мессир.