Капкан на спонсора

Можешь мне поверить. К тому же, если ты выйдешь замуж, эта стерва оставит тебя в покое и, вполне возможно, ты продолжишь трудиться в своей турфирме, если тебе так уж этого хочется.

Я заподозрила, что надо мной издеваются, уцепилась за локоть Романа Андреевича и зло спросила:

– Что ты болтаешь?

– Ничего я не болтаю, – нахмурился он и попытался локоть вырвать, правда, пытался так себе. – Я тебя замуж зову, а ты, вместо того чтобы сказать: «Я счастлива, милый», на меня наезжаешь. У тебя проблемы с воспитанием, классику надо читать, вот в книжках женщины ведут себя прилично, и вообще…

– Заткнись, – разозлилась я.

 – Ты точно надо мной издеваешься. Я лишилась работы, а вместо дружеской поддержки, на которую, как мне казалось, имею право рассчитывать, ты…

– Я объясняюсь тебе в любви, – брякнул он.

– Ты не объяснялся, – насторожилась я и вцепилась в его локоть покрепче.

– Ну я не знаю. Что еще сказать, чтоб до тебя дошло? Замуж зову, неужели мало?

– Тебе жить негде, – догадалась я.

– У меня квартира двухкомнатная, Женька видела и ее, и документы, специально рекомендовал проверить, чтоб потом не возникло всяких подозрений.

Мы ж оттуда раскладушку забирали, ты что, забыла?

– Про раскладушку помню.

– Ну вот. Намеки твои для меня обидны, потому что я тебя люблю, а недоверие больно ранит мое сердце. Врать я не умею и другим не советую, а уж когда меня в чем обвиняют, совершенно не могу выносить подобного…

– Заткнись, – вторично попросила я, а он проворчал:

– Пожалуйста.

– Сколько дней мы знакомы?

– Какая разница? – возмутился Роман Андреевич и локоть все-таки выдернул. – Я тебя люблю, а если б ты не валяла дурака и внимательнее ко мне присмотрелась, то уж давно бы тоже влюбилась.

А у тебя голова занята разной чепухой, и ты на меня не обращаешь никакого внимания. Это обидно.

– Три дня, – обрадовалась я, наконец-то высчитав. – Вечером будет ровно трое суток, как мы знакомы.

– Ну и что? Говорю, у тебя пробелы в воспитании, вот хоть недоверие это… Ромео увидел Джульетту – и все, оба разом умерли, а тебе трех суток мало. Просто удивляешь меня.

– Скажи честно, зачем тебе это? – жалобно попросила я. – Скажи, чтоб не думалось.

– Чего сказать-то? – возмутился Роман Андреевич.

 – Я тебе уже два раза за десять минут в любви признался, а ты хоть бы для приличия что-нибудь ответила: ну, там, ты мне нравишься, или улыбнулась на худой конец. Лично я тебя как в троллейбусе увидел, так сразу и понял: все, приехали, это она.

– У тебя как раз была белая горячка, – кивнула я с готовностью."

"– Ничего подобного, с какой стати белая горячка, если пили всего ничего… Между прочим, меня за последний месяц дважды чуть не укокошили. Один раз по уху чиркнуло.