Хмель и Клондайк

Рассовал по карманам разную мелочовку, в том числе и спасший вчера мою шкуру чарофон, надел куртку, перекинул через плечо ремень сумки с «таурусом» и отправился встречать Ирину.

Но сразу вспомнил о разлитом по бутылкам пиве и подошел к Ивану.

– Если от Маркелова-младшего за пивом приедут, двадцать пять литровых бутылок стоит внизу. С них пятьдесят рублей золотом, с учетом аванса.

Иван не поленился сделать запись в гроссбухе и уточнил:

– Что-то еще?

– Из «Западного полюса» был кто-нибудь?

– Да, чек я прибрал.

– Отлично, завтра депонирую.

Я вышел на задний двор, отпер баню, проверил воду в баке и затопил печь.

Потом отправился в госпиталь. Несмотря на удостоверение резервиста и револьвер в сумочке, напрямик через заброшенный район идти не рискнул и свернул к Красному проспекту. На фасадах офисных пятиэтажек там горели фонари, было светло и людно. Спокойно.

И холодно. Но холод вещь неизменная и объективная, от холода могла спасти лишь поездка на автомобиле, а свою «буханку» на людях я в ближайшее время светить не собирался. Стоило бы взять у соседа пикап, да только проще пешком прогуляться, чем объяснять Ирине, почему, зачем и отчего.

Не хочу.

В результате в госпиталь я пришел замерзший, с покрасневшими от мороза щеками и носом. Дежурившие в холле сестры поглядели на меня с легким оттенком брезгливости и потеряли всякий интерес."

"Я стянул перчатки, расстегнул куртку и уселся на изрезанную беспокойными посетителями скамейку. Боль в боку давно утихла, на смену ей пришла непонятная слабость. Хотелось просто вытянуть ноги, посидеть и перевести дух.

Возникли даже сомнения, не переоценил ли собственных сил, но когда из служебного коридора вышла Ирина, от них не осталось и следа.

Я поднялся навстречу девушке, а та скептически оглядела меня и покачала головой:

– Ну надо же! Господин Хмелев еще вчера лежал в лежку, а сегодня бодр и полон сил!

– Это ты на меня так действуешь.

– Врун.

Ирина накинула на голову капюшон шубы, и мы вышли на улицу.

– Если честно, то просто столько дел неотложных навалилось, – признался я там. – Сначала насморк, потом контрагенты…

– Вот нисколько не сомневалась, – выразительно посмотрела на меня подруга.

– Как только освободился, сразу прибежал, как верный пес, – объявил я и достал из кармана коробочку с кулоном. – Это тебе.

Девушка осторожно прикоснулась к отлитому из белого золота листочку, и покрывавшие его капельки алхимического стекла немедленно зажглись оранжевыми огонечками.

– Какая прелесть! – не удержалась Ирина и поцеловала меня в щеку. – Не иначе ты серьезно нашкодил, раз на такой подарок расщедрился!

– Да брось! – махнул я рукой. – Ты как завтра работаешь?

– Во вторую смену.