Хрупкая связь

Заглянув к Ами и проверив температуру на ощупь, я быстро умываюсь и привожу себя в порядок подручными средствами. В доме, где мы жили с Владом, остались все мои вещи и косметика, но пока я даже не думаю о возвращении туда. Нужно время, чтобы остыть.

Я с трудом нахожу собачий поводок и ещё несколько минут гоняюсь за Луной по гостиной. Ей кажется, что это прикол или шутка, и каждый раз, когда я почти её ловлю, она весело подпрыгивает, выскальзывает из-под рук и несётся в другую сторону, виляя хвостом.

На улицу я выхожу всклокоченная и слегка рассерженная, шагая по тротуару, куда глаза глядят. Довольно скоро лёгкий морозец пробирается под куртку, отрезвляя мысли и эмоции. Наверное, в утренней прогулке есть что-то привлекательное. Что-то нужное и успокаивающее — чтобы разложить по полочкам перемены в моей жизни.

Наша связь с Асланом однозначно причинила боль, разочарование и дискомфорт многим, кто оказался в это вовлечён.

Я собираюсь разводиться. Он отменил свадьбу.

Нас ждут непростые времена — слишком много обиженных, слишком много осуждающих взглядов, и даже если я попытаюсь их не замечать, они всё равно будут давить. По крайней мере, пока я остаюсь в городе.

Но утешает одно: мы не разрушили что-то хорошее. Мы просто перестали притворяться, что счастливы там, где не вместе.

Я выбрала. Он выбрал. Теперь осталось только одно — научиться получать удовольствие от мелочей, даже если мир ещё не успел с этим смириться.

Вернувшись в дом, я проверяю телефон, экран которого пылает от непрочитанных сообщений и пропущенных звонков.

Муж запустил цепную реакцию из сплетен — одно слово перетекает в другое, искажается, обрастает подробностями, которых не было, пока, наконец, не превращается в громкий скандал, живущий в собственной вселенной.

Я не знаю, как это комментировать. Не знаю, что ответить Нине или Лиде, поэтому просто записываю несколько голосовых сообщений с указаниями для помощницы по студии и ставлю режим полёта.

Ситуация с телефоном Аслана — не лучше. Пока я достаю из холодильника продукты, собираясь пожарить блинчики, которые обожает на завтрак Амелия, его телефон без остановки гудит на кухонной столешнице.

Это действует на нервы.

Все хотят ответы. Хотят объяснений. Хотят драмы.

А я хочу тишины.

На экране вспыхивают разные имена, но чаще всего звонит Дина. Я отвлекаюсь, как могу, занимаясь тестом, но её настойчивость звучит глухим набатом в висках.

Я переворачиваю блинчик, наблюдая, как он пузырится и румянится на сковороде, и делаю вид, что мне всё равно.

Но мачеха не сдаётся. Новый звонок, новая вибрация — как напоминание, что молчанием проблему не решить.

Я закрываю глаза, вдыхаю запах горячего масла и теста, пытаясь удержать зыбкое спокойствие.