Хрупкая связь

Я выдыхаю, взяв передышку и думая о том, что наедине и без пар нам оставаться категорически нельзя. Это чревато ненормальным сердцебиением и зашкаливающим пульсом.

Попросив у Тахаева минутку, я снимаю трубку и отворачиваюсь к выходу.

— Мам, а где Барри?

В динамике неожиданно раздаётся тонкий голосок Ами. Я судорожно нащупываю кнопку уменьшения громкости, но, судя по пылающей щеке, Тахаев успевает всё-всё услышать.

12

Вопрос о том, где может находиться игрушечная собака в субботу вечером после алкогольного коктейля и неожиданной встречи с Асланом, кажется форменным издевательством, потому что я с трудом могу вспомнить, как меня зовут, не говоря уже о чем-то большем.

— Барри, Барри… — повторяю, как заведённая, потирая ладонью левую щёку, чтобы Тахаев перестал так делать — пилить меня взглядом.

Просто перестал.

Ещё лучше — ушёл, потому что подслушивать чужие разговоры нехорошо.

Вводить его в свою семью и знакомить не только с мужем, но и с дочерью, я не планирую. Совсем не планирую!

У нас не получится дружить. Ни один на один, ни семьями. Никак. Мне тяжело не только видеть Аслана, но и просто дышать с ним одним воздухом. Каждый вдох — словно яд, который медленно растекается по организму, отравляя всё до последней клетки.

— Ами, посмотри, пожалуйста, в прихожей на подоконнике, — прошу, сконцентрировавшись. — Кажется, когда мы собирались в сад, ты посадила Барри наблюдать за нами с улицы.

Топот детских ног отзывается вибрацией в грудной клетке. Я люблю отдыхать от домашних обязанностей и материнства, но это не мешает мне скучать по Амелии почти круглосуточно.

Сейчас её компания пришлась бы очень кстати.

Мне хочется телепортироваться в спальню, взять книгу и почитать дочери перед сном. Ещё больше — развязать этот тугой корсет, который чересчур сплющивает рёбра и, наконец, получить долгожданную свободу.

— Не найду, — разочарованно хнычет Амелия. — Мам, я не усну без Барри.

— Всё будет хорошо, малыш. Попробуй заглянуть в гардеробную. Или на кухню рядом с холодильником, где стоит маленький стол.

Вскоре к поискам подключаются и Марина, и свёкор, и Влад. Я неловко переминаюсь с ноги на ногу, чувствуя острую потребность как можно скорее завершить этот разговор, больше напоминающий галдёж.

Дело не в том, что я колючими импульсами ловлю на себе внимание Аслана, а в том, что мои виски раскалываются от обилия информации, претензий и вопросов. Когда дочь остаётся с няней, такого хаоса не бывает.

— Всё, Аль, мы нашли! — радостно восклицает Марина. — Ты там как? Отдыхаешь? Домой не торопись, ладно?

— Не буду, конечно.

Сбросив вызов, я шумно выдыхаю и покачиваю головой. Сколько раз я порывалась выбросить Барри на помойку, придумав какой-нибудь реалистичный способ его исчезновения, — не сосчитать.