Хрупкая связь
— Это Аслан Тахаев — исследователь, эксперт, основатель компании и просто гений, — произносит муж, указывая на противоположный конец зала. — Необычный человек. Мне бы хотелось с ним подружиться.Я перевожу взгляд в нужном направлении, стараясь не выдать ни единой эмоции, и внимательно рассматриваю уже не парня, которого знала раньше, а взрослого, хорошо сложенного мужчину. Что-что, а коммуницировать с людьми этот гений явно не любит.— Дружи, я-то здесь при чём? — равнодушно пожимаю плечами.— Где-то здесь находится его невеста Сабина. Она, кстати, как раз ищет стилиста. Не поверишь, но все наперебой советовали именно тебя. Понимаешь, к чему я клоню, Алин?Я крепко сжимаю зубы. Эта идея мне категорически не нравится. Кому-кому, а выбирать стиль для невесты своего первого парня я точно не собираюсь.Словно по команде к Аслану подходит брюнетка с яркими восточными чертами лица в закрытом элегантном наряде. Она берёт его за руку и мило улыбается.Внутри всё скручивает. Я учащённо дышу, стараясь привести эмоции в порядок, и словно мантру повторяю:Всё правильно. Всё сложилось так, как и должно быть: у меня обеспеченный муж и любимая дочь. У него — скромная и целомудренная невеста.
Испытывая какое-то странное облегчение от его появления.
28
Не могу сказать, что с возвращением Влада моя жизнь вновь обретает стабильность, но определённо становится легче.
Будни заняты работой, делами и совместными семейными вечерами. Муж чаще бывает дома, временно отодвигая встречи с друзьями на второй план, хотя я прекрасно понимаю, как ему этого не хватает.
В конце недели он обедает с Асланом в ресторане. Я не даю ему никаких указаний, позволяя самому решить, как будет лучше для нас, нашей семьи и для Ами. Она никогда не была ему чужой, несмотря на то, что я хотела от его отношения большего. Но люди, в принципе, устроены так, что им всегда всего мало: денег, любви, тепла или уверенности в завтрашнем дне.
Лерка утверждает, что я должна остыть, дать мужчинам возможность самим во всём разобраться и перестать взваливать трудности на свои плечи. Даже если именно я стала причиной того, что всё сложилось таким образом.
Предложения от Аслана увидеться с Амелией поступают почти каждый день, но я до сих пор не могу четко представить, как это будет выглядеть при Владе. Он хоть и старается не показывать, что уязвлён, но я ощущаю это каждой клеточкой: его вопросы о том, когда я вернусь после работы, его стремление занять мои выходные прогулками и поездками, его жадный, почти отчаянный секс — это говорит за него.
Самое страшное, что я не могу найти достаточно доводов, чтобы убедить даже себя в правильности своих решений.
Впервые за шесть лет я плыву по течению, позволяя событиям развиваться без моего привычного стремления постоянно держать руку на пульсе.
Во вторник я забираю Амелию из сада пораньше. По дороге в балетную школу мы заезжаем в магазин за новыми шпильками, потому что старые я забыла дома, а на занятии обязательно нужно быть с тугим, гладким пучком.
В раздевалке, окружённая маленькими балеринами в белоснежных пачках, я впопыхах закалываю волосы дочери, стараясь справиться с упрямыми прядями, пока девочки перешёптываются и хихикают, примеряя пуанты.
Преподаватель сказал, что скоро состоится открытый урок. Несмотря на то, что Ами недавно начала заниматься, она тоже будет участвовать.
Я понимаю, что Влад вряд ли сможет вырваться посреди рабочего дня, поэтому думаю, не пригласить ли нам Аслана. Чисто теоретически. Тем более Ами часто о нём вспоминает — каждый день, просыпаясь и засыпая. Даже прерывает сказки, чтобы заговорить о нём или о Луне. Она явно скучает, и это заставляет сердце болезненно сжиматься.
Взрослые… не всегда знают, как поступить правильно. Иногда жизнь ставит нас перед такими испытаниями, что приходится действовать наугад, полагаясь только на интуицию.
— Помнишь наши правила? — спрашиваю дочь, втыкая последние шпильки в её волосы.















