Колонист

Вместе мы будем творить историю.

Хорошая попытка. Только вот не получится. Я смотрел на ее черную ауру с красными просверками. Такого воплощенного зла я еще не встречал с тех пор, когда начал видеть других не обычным зрением.

— Не слушай ее, — сказал брат.

— И не собираюсь, — подтвердил я. — Ты демон, а демоны всегда врут.

Ну конечно она не демон, тут их вроде бы не бывает — я не видел, но по повадкам похожа.

Лицо герцогини исказилось гримасой такой злобы, что у меня невольно екнуло сердце. Даже не животной ненависти, а инфернальной, всепожирающей. Теперь я видел перед собой не человека.

— Ладно, закончим нашу содержательную беседу, — сказал брат, потирая ладони, и подошел к ней.

Герцогиня дернулась так, что чуть не вылетели спицы, и попыталась увернуться от рук брата.

— Тихо-тихо! — он наложил ей руки на виски, и она забилась в конвульсиях.

— Все! — он резко убрал руки и посмотрел на обвисшее на веревках тело герцогини. — Теперь можно убираться. И побыстрее.

— Ты ее того? — я кивнул на безжизненное тело.

Неприглядное зрелище, надо сказать. Упавшая на грудь голова, остекленевшие, налившиеся кровью глаза, свисающая из приоткрытого рта струйка слюны...

— А что с ней еще надо было делать? — спросил он. — Отпустить? И поиметь кровного врага на всю жизнь? Ну уж нет. Давай рой могилу, можно неглубокую.

Я засучил рукава и несколькими копками вырыл последнее пристанище герцогини Ирийской. Мы положили тело, брат быстро прочитал полагающееся заклинание и на этом все.

— И когда ты собирался мне сказать о том, что ты — Паладин и маг Равновесия? — спросил брат, держась за поручень над сиденьем.

— Не знаю, — я рулил, объезжая кочки. — Как-то к слову не пришлось. Что там с очередным пророчеством?

— Опять какая-то мура. Вроде пришедший в этот мир наследник Ярсгара, Паладин и маг, способен изменить существующий порядок вещей. Династии там свергать, управлять реальностью...

— Мура, — согласился я, нажимая на педаль. — Точно. Ничего такого в себе я не чувствую, но отвернуть пару царственных голов, точнее, только одну оставшуюся, собираюсь.

Брат искоса глянул на меня. Пусть смотрит. Самую главную мою тайну, о том, что я дважды рожденный, я никому не скажу. А бредни на этот счет можно списать на косноязычность записавшего пророчество. И истолковать по-своему, как мне будет выгодно.

В Арзун мы въехали на максимальной скорости, на которую был способен фургон, и сразу поехали к порталу.

— Быстро они среагировали, — заметил брат, глядя на патрули Стражи, стоящих на улицах.

— Ну так все-таки пропала не кто-нибудь, а представительница правящей династии, хоть и чужой и опальная, — сказал я, подъезжая к кольцу портала.

— Не велено! — взмахнул руками портальщик-Искореняющий.