Король игры

 — Не могу выбросить из головы, что ты была с другим! — мою одежду засыпало мусором, костяшки Артура были разбиты до крови. Я стояла и не шевелилась. Будто со стороны наблюдала за тем, как он вымещает гнев. Нагота не делала его беззащитным или слабым. Артур смотрелся органично в свое ярости и без одежды.

Сейчас стоило промолчать, хотя с языка так и рвалось, что ты все эти годы не был один. Артур бы и в этом меня обвинил. Не выйди я замуж за другого, он продолжил бы хранить мне верность.

Где-то глубоко в душе я его понимала, Артур был ужасным собственником. Бессонов упивался мыслью, что я только его, что у меня до него никого не было. Он никогда не простит мне другого мужчину.

Выплеснув свою ярость, он отправился в ванную комнату смывать кровь. Стряхнув с себя пыль, я решила быстро убраться. Скоро вернется Лева, не нужно, чтобы он застал этот погром. Надо еще придумать объяснение, появлению дыры в стене.

Оставшееся время, до приезда сына мы вели себя так, словно ничего не произошло. Не было жаркого секса у стены, не было всплеска эмоций и моего откровения тоже не было. Я занялась приготовлением ужина, а Артур погрузился в работу. Руку он обработал себе сам, я видела, но не вмешивалась. Мы после моего признания, вновь отдалились друг от друга. Я старалась не показывать, что меня его холодное безразличие невозможно ранит. Делала шаг ему навстречу, а он удалялся на два шага назад. Я должна смириться, что у нас нет будущего. А как нам существовать дальше, я пока не представляла.

Шах завел Леву в дом, кинул взгляд на дыру, но ничего не сказал. Сын, увидев новый дизайн стены в коридоре, удивлено присвистнул. Заметив разбитые костяшки пальцев, Марат понял, что произошло.

— Хотел прибить картину, а стена обвалилась, — прозвучало объяснение для сына.

Вечер прошел спокойно, мы просто не общались. Я рано легла спать. Утром встала и занялась домашними делами. Мы с Артуром напоминали жильцов коммунальной квартиры. Не заходили на территорию друг друга, а в кухне, ванной и комнате сына, старались не пересекаться. Исключением становились лишь общие обеды.

Закрывшись в гостиной, Артур попросил Леву ему не мешать. Я слышала, что он с кем-то говорит по телефону. Пыталась не поддаваться ревности, но она грызла меня изнутри. Настроение портилось. Старалась не расплакаться при сыне, но украдкой приходилось утирать слезы.

После обеда он еще раз принял душ, надел модный шикарный костюм. С обожаемой Соней он собирался увидеться в конце недели, значит сегодня свидание с другой… Сколько у него этих Сонь? Сердце обливалось кровью, когда я наблюдала за его сборами. Чувствовала себя обманутой и преданной, хотя Бессонов мне ничего не обещал.

— Лева, ты остаешься за главного. Я вернусь поздно, но завтра тебя будет ждать подарок.