Король игры

Наверное, правильнее было бы, если бы мы сказали ему вдвоем, но я решил, пусть это будет наш первый серьезный мужской разговор.

— Сначала бег? — спросил сын.

— Сначала мы с тобой поговорим. — Лева смотрел на меня снизу вверх. Я присел на корточки напротив него, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Лева, ты помнишь, как хотел рассказать мне, что Виталий не твой отец? — сын кивнул. — Да, Виталий был не твоим папой. — оказывается это не просто сказать ребенку, что ты его отец. Долго перебрал в голове слова, прежде чем продолжить разговор. — Так получилось, что мы с твоей мамой встретились очень давно, полюбили друг друга, но вынуждены были расстаться. Потом твоя мама вышла замуж. Родился ты, а я… Я не знал, что у меня родился такой чудесный сын. Я твой папа Лева, — выдал я и приготовился… К чему? Понятия не имею, но сейчас волновался так, как никогда в жизни.

— Вы мой папа? — удивился сын.

— Да, Лева. Ты не рад? — он как-то неопределенно пожал плечами. На шею от радости не кинулся, но и не сбежал. — Я обещаю быть тебе хорошим папой.

— Хорошо, — сухо отреагировал сын. Для него это наверняка стресс, он не знает, как реагировать на мое признание.

— Пойдем тренироваться? — Лева вновь кивнул.

Занятие проходило вяло. Мяч постоянно улетал в сторону. Сын никак не мог сосредоточиться.

— Лёв, если тебя что-то беспокоит, ты лучше спроси. Поговори со мной, я всегда постараюсь понять.

— А вы будете меня любить? — удивил сын вопросом.

— Я тебя уже люблю. Никогда в этом не сомневайся. Мы теперь сама настоящая семья.

— И я могу всем говорить, что вы мой папа?

— Конечно. Я буду очень горд, если ты начнешь называть меня папой. Знаешь, я всегда мечтал о таком сыне. — хлопнул его несильно по плечу. — Я понимаю, тебе нелегко все это осознать, но пройдет немного времени, ты привыкнешь.

Сорок минут мы пробыли на свежем воздухе. Я видел, что Милена уже проснулась. Занавеска в кухне постоянно колыхалась, она стояла и смотрела на нас. Так уютно стало. Хорошо. Семья…

Глава 42

Милена

Ванька и мама поселились у нас. В первый вечер у Артура и родительницы состоялся серьезный разговор в кухне, куда никто не был допущен. Я пытала Бессонова, хотела узнать, о чем они общались, но он отделался короткой фразой: «обсудили свои ошибки». В подробности не вдавался. Мама после того разговора попросила у меня прощение за то, что смалодушничала и не поддержала в трудное для меня время.

Ладили Бессонов и моя мама хорошо. Тренировки Левы теперь проходили весело. Ванька стоял в воротах, бабушка болела за внука, Артур исполнял и роль тренера и роль судьи. Я стояла у окна и наблюдала за ними. Вот она вся моя семья. К сожалению, к нам никогда не присоединяться Бессоновы…"

"Шалецкий больше не беспокоил. Как выяснилось, ему было не до нас.