Красные туманы Полесья

Кто-то видел, как парашютисты с самолетов прыгали, а с востока танки советские шли. Не знаете, правда это?

Шелестов улыбнулся. Да уж, слухи всегда распространяются очень быстро и выглядят красиво. Парашютисты, танки!.. Ну и ладно, пусть будет так.

— Нет, Мария Семеновна, не знаю. Но если люди говорят, то что-то такое, наверное, было.

— Вот и хорошо. Нельзя давать фашистам покоя на нашей земле.

— Мы для того и прибыли в поселок, — сказал Шелестов.

— Да хранит вас Господь, да поможет в деле святом. — Она перекрестилась на икону, которую Шелестов заметил только теперь. — Немцев у станции много. Кто их знает, вдруг облаву решат устроить. Вы уж извиняйте, но вам всем лучше в сарай пройти. Там под загоном для свиньи подвал, туда немцы не сунутся.

— Конечно, Мария Семеновна, мы люди простые, небрезгливые.

Офицеры с Зайцевым ушли в сарай.

Хозяйка показала им хорошо замаскированную крышку.

— Подвал здесь. Там лестница, лавки, стол, керосиновая лампа. Но при облаве ее лучше не зажигать.

— Ясно. Вы нас позовете, когда вернется муж.

— Конечно.

Сегодня Матвеев пришел домой раньше обычного, в пять часов вечера. На станции появился взвод охранной роты. Гитлеровцы готовились к отправке людей в Германию, рабочие им были не нужны.

Узнав, что на подворье гости, он тут же прошел в сарай и позвал их в дом.

— Нам, Петр Михайлович, задерживаться у вас нет резона, — сказал ему Шелестов.

— Да, жена передала мне слова Лешки Гулаева, что вам надо к Рогозе. Но все одно ждать придется. А дома гораздо уютней. Но если хотите посидеть рядом со свинкой…

— Почему ждать? В двадцать ноль-ноль наступает комендантский час.

— Я объясню. Пойдемте. Из-за забора двор соседям не виден, да среди них фашистских прихлебателей нет. Людям приходится неволей работать на них. Но иначе нельзя.

— Никто никого ни в чем не упрекает. В дом, так в дом. Идемте!

Из-за укрытия вышли Буторин, Коган, Сосновский и Зайцев.

— Вот не думал, что в моем сарае могут спрятаться пять человек.

— Оказывается, могут.

Они зашли в дом. Жена накрыла стол. Матвеев плотно поужинал, остальные чуть перекусили, поскольку обедали недавно.

Матвеев дождался, когда жена уберет со стола и уйдет во двор мыть посуду, и сказал:

— Насчет комендантского часа. Как ни странно, но это самое безопасное время для хождения по городу. Конечно, я говорю о людях подготовленных. А вы ведь как раз такие и есть. Пришли сюда явно не с целью посмотреть на то, как немцы будут завтра отправлять несчастных людей в Германию. Скажите, вы из-за них тут появились?"

"— Не только, — уклончиво ответил Шелестов и попросил: — Не задавайте, пожалуйста, вопросов, Петр Михайлович, на которые, как вы сами понимаете, мы ответить не сможем.

— Ладно, а как называть-то вас?

— Меня майором зовите, партизана — Григорием.