Красные туманы Полесья

Политрук приказал забрать тело, принял командование на себя, и небольшой обоз пошел на запад. Партизанский отряд Горошинского района прекратил свое существование.

4 октября 1941 года в пять часов вечера солдат из подразделения, охранявшего дачу народного комиссара внутренних дел Лаврентия Павловича Берия, добежал до торца бетонного бункера, расположенного под одноэтажным большим домом, окруженным елями и высокой оградой. Он повесил на крюки, вделанные в стену, четыре мишени размером двадцать на двадцать сантиметров и вернулся к стойке, за которой находились четверо мужчин в штатской одежде.

— Готово, товарищ майор! — доложил боец старшему из них.

— Вижу, молодец, отойди, — сказал тот.

Солдат встал за спинами мужчин.

Майор Шелестов посмотрел на офицеров своей группы, капитанов Бориса Когана, Виктора Буторина и Михаила Сосновского.

— Вы готовы, господа гусары? — спросил он.

— Готовы, — за всех ответил Буторин.

— Выстреливаем по магазину.

Офицеры передернули затворы «ТТ», доложили о готовности к стрельбе.

— Огонь! — отдал команду Максим Шелестов.

Бункер заполнил грохот выстрелов, а после и пороховой дым. Однако здесь работали вентиляторы, и его быстро вытянуло на улицу.

— Вперед! — приказал майор красноармейцу.

Боец пробежал двадцать пять метров до мишеней, встал у крайней.

— Мишень номер один, все пули в «десятку».

Шелестов кивнул и улыбнулся. Это была его мишень.

— Мишень номер два, тоже все пули в «десятку».

Коган взглянул на командира группы и заявил:

— Не ты один умеешь.

Солдат продолжил осматривать мишени и докладывать:

— Мишень номер три, все в «десятку».

Степенный, даже мрачноватый в обиходе Буторин на этот раз тоже улыбнулся и буркнул:

— Нормально.

— Мишень номер четыре, а вот тут одна пуля в «девятке».

— Не может быть! — воскликнул Сосновский. — Я же…

Его прервал Коган, человек в основном сдержанный, но иногда любящий съязвить:

— Бывает, Миша. Ветром снесло пулю.

— Каким ветром?

Шелестов приказал солдату принести мишени, отошел назад, чтобы видеть Сосновского, и сказал:

— Плохо, Миша. Будешь тренироваться.

— Да какая тренировка? Вешайте новую мишень, будут вам «десятки».

— Не сегодня."

"Шелестов принял мишени, сложил их в папку как отчет о занятиях по огневой подготовке.

— Разрешите идти, товарищ майор? — спросил красноармеец.

— Свободен!

Солдат словно никогда не перемещался шагом, выбежал из подвального тира так прытко, будто за ним гнались лютые враги.

— Сейчас… — начал Шелестов, но его прервали.

В бункер вошел командир отделения охраны старшина госбезопасности Лебедь.

— Извините, товарищ майор, что перебил, но на объект прибыл старший майор госбезопасности Платов и приказал всем вам подняться в кабинет.