Красные туманы Полесья

Майор выстрелил ему в живот, когда их разделяло всего сантиметров пятьдесят, и отпрыгнул. Туша, пробитая пулями, врезалась в стену, по ней сползла на пол и забилась в судорогах.

Шелестов сменил магазин и продолжил стрелять в толпу, продвигаясь вдоль стены.

Сейчас он оказался в зоне обстрела от входа, поэтому крикнул:"

"— У двери, сместить огонь вправо!

Буторин и Коган, как раз расстрелявшие по магазину, одновременно перезарядили оружие и ударили по правой стороне.

Шелестов тоже стрелял и пытался разглядеть у стены знакомое лицо. Он едва не наткнулся на штандартенфюрера Генкеля, который своим телом закрывал генерального комиссара Кубе.

Они встретились взглядами. Разведчик кивнул. Шелестов выстрелил и попал Генкелю под ключицу. Тот сморщился от боли, но смог показать глазами, мол, завершайте работу и уходите.

— Добиваем всех и отходим к старшине! — крикнул майор.

Вся компания гитлеровцев уже корчилась на полу, на стульях. Никого не миновали ни пули, ни осколки.

Офицеры дали последние очереди по залу и выбежали на улицу.

— Ну и как, майор? Покрошили вы эту нечисть? — спросил Авдеев, осуществлявший вместе с Соболевым прикрытие.

— Покрошили. Давай бегом к поликлинике и машине. Отзывай Егорова.

Особая группа и Авдеев выщли к «Опелю», старшина с сержантом спрятались в развалинах.

«Опель» выехал на Булавскую и свернул направо, к железнодорожному вокзалу. Со стороны Летнего переулка и Кайзерштрассе бежали офицеры, солдаты, выезжали мотоциклы, машины. «Опель» сдал к тротуару, пропуская их. На него никто не обратил внимания. Наверное, потому, что группа, устроившая бойню в резиденции Вильгельма Кубе, двинулась не к выезду из города, а в глубину его, к вокзалу. Буторин с Коганом переоделись.

Авдеев пропустил грузовик с эсэсовцами, повел автомобиль по Булавской, посмотрел в зеркало заднего вида и сказал:

— Два бронетранспортера пошли на север.

Шелестов, сидевший рядом с ним, проговорил:

— Так и должно быть. Ты, Саня, прибавь газку. Нам еще по Вокзальной идти. Если там не проскочим, то придется прятаться в развалинах. Теперь немцы такую облаву устроят по полной программе, все прошерстят.

— Надо было форму оставить.

— Если нарвемся на патруль, то никакая форма нам не поможет. У нас в любом случае остается один вариант — прорыв. Так что проверили оружие, заменили магазины, подготовили гранаты!

В машине лежали еще две «Ф‐1».

Расчеты штандартенфюрера Генкеля полностью оправдались. План операции, разработанный им, был реализован. В центре города возникла суматоха.

Немцы знали, что произведена крупная диверсия, но кем? Куда подевались эти негодяи? В суете метались офицеры и солдаты армейских частей. Жандармерия собирала все патрули на восточную и северную стороны Минска.